Tionne, Seymour Roark
Время: 26.X.9 ПБЯ, вечер
Место: Такодана, Дворец Маз
Описание: попытка договориться о взаимовыгодном обмене информацией, издание второе, исправленное и дополненное.
[icon]https://i.postimg.cc/CL3Ngncx/young-Seymour.jpg[/icon]
Ура! Нам 8 (ВОСЕМЬ!) лет! Давайте поздравлять друг друга и играть в фанты! (А ещё ищите свои цитаты в шапке - мы собрали там всех :))
Ищем самого спокойного и терпимого рыцаря Рен в этом безумном мире
Ищем медицинское светило, строгого медика, способного собрать мясной конструктор под названием “человек” и снова отправить его на работу.
Ищем самого отбитого мудака по мнению отбитых мудаков для Джин Эрсо.
Ищем подрастающее имперское солнышко, которое светит, но не всем.
Ищем генерала Дэвитса Дравена, командира самой задорной разведки в этой Галактике.
Ищем талантливого ученика и личную головную боль Магистра Рен.
Ищем генерала разведки, командира самой отбитой эскадрильи эвер, гениального актера, зловредного пирата и заботливого мужа в одной упаковке.
Ищем По Дэмерона, чтобы прыгнуть в крестокрыл и что-нибудь взорвать.
Ищем лучшего моффа Империи, по совместительству самую жизнерадостную сладкую булочку в галактике.
Ищем левую руку мастера Иблиса, самый серьёзный аргумент для агрессивных переговоров.
Ищем имперского аса и бывшую Руку Императора, которая дотянулась до настоящего.
Ищем сына маминой подруги, вгоняет в комплекс неполноценности без регистрации и смс.
Ищем майора КорБеза, главного по агрессивным переговорам с пиратами, контрабандистами и прочими антигосударственными элементами.
...он сделает так, как правильно. Не с точки зрения Совета, учителя, Силы и чего угодно еще в этой галактике. Просто — правильно. Без всяких точек зрения.
...ну что там может напугать, если на другой чаше весов был человек, ценность которого не могла выражаться ничем, кроме беззаветной любви?
— Ну чего... — смутился клон. — Я не думал, что так шарахнет...
Выудив из кармана листок флимси, на котором он производил расчёты, Нексу несколько секунд таращился в цифры, а потом радостно продемонстрировал напарнику:
— Вот! Запятую не там поставил.
Он тот, кто предал своих родных, кто переметнулся на вражескую сторону. И он теперь тот, кто убил своего собственного отца. Рука не дрогнула в тот момент. Кайло уверял себя, что все делает правильно. Слишком больно стало многим позже.
Дела, оставленные Кайло, походили на лабиринт, где за каждым поворотом, за каждой дверью скрывались новые трудности, о существовании которых в былые годы рыцарства Анук даже и не догадывалась.
Ловушка должна была закрыться, крючок – разворотить чужие дёсны, намертво привязывая к Доминиону. Их невозможно обмануть и обыграть. Невозможно предать до конца.
Ей бы хотелось не помнить. Вообще не помнить никого из них. Не запоминать. Не вспоминать. Испытывать профессиональное равнодушие.
Но она не закончила Академию, она не умеет испытывать профессиональное равнодушие, у нее даже зачёта не было по такому предмету, не то что экзамена.
— Ты ошибаешься в одном, Уэс. Ты не помешал ему, но ты так и не сдался. Даже когда казалось, что это бесполезно, ты показывал ему, что тебя нельзя сломать просто так. Иногда… Иногда драться до последнего – это все, что мы можем, и в этом единственная наша задача.
Там, где их держали, было тесно, но хуже того – там было темно. Не теснее, чем в стандартной каюте, а за свою жизнь в каких только каютах он не ютился. Но это другое. Помещение, из которого ты можешь выйти, и помещение, из которого ты выйти не можешь, по-разному тесные. И особенно – по-разному тёмные.
— Меня только расстраивает, на какое время выпал этот звёздный час. Когда столько разумных ушло из флота, не будет ли это предательством, если я вот так возьму и брошу своих?
Не бросит вообще-то, они с Разбойной формально даже в одном подчинении – у генерала Органы. Но внутри сейчас это ощущается как «бросит», и Каре хочется услышать какие-то слова, опровергающие это ощущение.
Лучше бы от своих, но для начала хотя бы от полковника.
Да и, в конце концов, истинные намерения одного пирата в отношении другого пирата — не то, что имеет смысл уточнять. Сегодня они готовы пристрелить друг друга, завтра — удачно договорятся и сядут вместе пить.
Я хотел познакомиться с самим собой. Узнать, что я-то о себе думаю. Невозможно понять, кто ты, когда смотришь на себя чужими глазами. Сначала нужно вытряхнуть этот мусор из головы. А когда сам с собой познакомишься, тогда и сможешь решить, какое место в этом мире твое. Только его еще придется занять.
Сколько раз она слышала эту дешёвую риторику, сводящуюся на самом деле к одному и тому же — «мы убиваем во имя добра, а все остальные — во имя зла». Мы убиваем, потому что у нас нет другого выхода, не мы такие — жизнь такая, а вот все остальные — беспринципные сволочи, которым убить разумного — что два пальца обсморкать, чистое удовольствие.
В готовый, но ещё не написанный рапорт о вражеской активности в секторе тянет добавить замечание «поведение имперцев говорило о том, что их оставили без увольнительной на выходные. Это также может являться признаком...».
Джин не смотрит ему в спину, она смотрит на место, где он стоял еще минуту назад, — так, словно она просто не успевает смотреть ему вслед.
Лея уже видела, на что он способен, и понимала, настоящей Силы она еще не видела. Эта мысль… зачаровывала. Влекла. Как влечет бездонная пропасть или хищное животное, замершее на расстоянии вытянутой руки, выжидающее, готовое к нападению.
Как удивительно слова могут в одно мгновение сделать всё очень маленьким и незначительным, заключив целый океан в одну маленькую солёную капельку, или, наоборот, превратить какую-то сущую крошку по меньшей мере — в булыжник...
Правда, если достигнуть некоторой степени паранойи, смешав в коктейль с каким-то хитрым маразмом, можно начать подозревать в каждом нищем на улице хорошо замаскированного генерала разведки.
Эта светлая зелень глаз может показаться кому-то даже игривой, манко искрящейся, но на самом деле — это как засунуть голову в дуло турболазера.
Правда, получилось так, что прежде чем пройтись улицами неведомых городов и поселений или сесть на набережную у моря с непроизносимым названием под небом какого-то необыкновенного цвета, нужно было много, много раз ловить цели в рамку прицела.
— Знаешь же теорию о том, что после прохождения определенной точки существования система может только деградировать? — спрашивает Уэс как будто бы совершенно без контекста. — Иногда мне кажется, что мы просто живём слишком долго, дольше, чем должны были, и вот теперь прошли точку, когда дальше все может только сыпаться.
Кореллианская лётчица в имперской армии Шара Бэй была слишком слабая и умерла.
Имперка Шара Бэй такой глупости решила себе не позволять.
— Но вы ведь сказали, что считаете жизнь разумных ценностью. Даже рискуете собой и своей карьерой, чтобы спасти меня, хотя видите меня впервые в жизни. А сами помогаете убивать.
Осталась в нем с юности некая капелька того, прежнего Скайуокера, который, как любой мальчишка, получал удовольствие от чужого восхищения собственными выходками.
– Многие верят в свободу только до тех пор, пока не станет жарко. А когда пахнет настоящим выбором, драться за нее или подчиниться… большинство выбирает не драться.
— Ну… неправильно и глупо, когда отец есть, и он тебя не знает, а ты его не знаешь. Это как… — он помолчал, стараясь перевести на человеческий язык свои ощущения. – Ну вот видишь перед собой некую структуру и понимаешь, что в одном месте узел собран неправильно, и работать не будет. Или ошибка в формуле. Вот я и исправил.
Кракен искренне верил в то, что все они — винтики одного механизма и не существует «слишком малого» вклада в общее дело, всё машина Восстания функционирует благодаря этим вот мелочам.
— Непременно напишу, — серьёзно отвечает она и говорит чистейшую правду, потому что у неё минимум сто восемьдесят изящных формулировок для каждого генеральского рявка от «не любите мне мозги» до «двести хаттов тебе в...» (пункт назначения варьируется в зависимости от степени генеральского раздражения).
Минутой раньше, минутой позже — не так важно, когда они умрут, если умрут. Гораздо важнее попытаться сделать хоть что-то — просто ждать смерти Кесу… не нравится.
— Что-то с Центром? – вдруг догадывается он. Почему еще штурм-коммандос могут прятаться на Корусанте по каким-то норам?.. – Планета захвачена? КЕМ?!
— Я верю в свободу.
И тут совершенно не врёт. Свобода действительно была её верой и культом. Правда, вместе с твёрдым убеждением, что твоя свобода заканчивается там, где начинается свобода другого.
— И в то, что легко она не даётся. Остальное...Остальное, мне кажется, нюансы.
Проблема в том, что когда мистрисс Антиллес не думает, она начинает говорить, а это как всегда её слабое звено.
Star Wars Medley |
Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.
Вы здесь » Star Wars Medley » Завершенные эпизоды » Таймлайн ABY » [26.X.09 ABY] Для умеющих верить
Tionne, Seymour Roark
Время: 26.X.9 ПБЯ, вечер
Место: Такодана, Дворец Маз
Описание: попытка договориться о взаимовыгодном обмене информацией, издание второе, исправленное и дополненное.
[icon]https://i.postimg.cc/CL3Ngncx/young-Seymour.jpg[/icon]
Четыре дня поисков информации пролетели для Тионн насыщенно, незаметно и, к огромному сожалению, совершенно бесполезно. Среди ее знакомых не оказалось никого, кто хоть как-то был связан с Берриком Дэйном. Поиск в открытых источниках тоже никакой пользы не принес — никто ни слухом ни духом не знал про экспедицию. Вот только сложившийся информационный вакуум искательницу древних знаний не успокоил. В момент отчаяния она даже решила найти контакты этого тогрута или его людей, но потом отказалась от этой идеи, испугавшись, что ее интерес может подстегнуть коллекционера. А терять даже призрачный шанс и возможность найти Раммагон очень не хотелось. К тому же, надежда умирала последней, и сейчас она обрела черты недавнего знакомого по имени Мейс. И как бы ни упиралась ее интуиция, Тионн не могла оставить все это просто так. Просто теперь придется быть еще осторожнее.
Лансер Дориен вновь стал связным звеном, только в этот раз скорее Тионн стала стала инициатором. Прошло уже шесть дней, и кто знал, сколько времени у нее было в запасе. Однако пока до девушки доходила информация, что Беррик никуда не исчезал из поля зрения, что давало зыбкую надежду.
Место встречи осталось неизменным, поскольку устраивало обе стороны. Девушка опасалась, что Мейс, почувствовав явный интерес с ее стороны, может настоять на каком-то другом варианте, но, к счастью, этого не произошло. Все тот же шумный и пестрый Дворец Маз вновь гостеприимно открыл свои двери.
На этот раз Тионн не пыталась скрываться и выискивать недавнего знакомого с целью наблюдения. Она пришла раньше назначенного времени и, заказав чашку кафа, устроилась за свободным столиком, оказавшимся соседним для того, за которым они встречались в прошлый раз. Размеренно попивая каф небольшими глотками, она размышляла о том, что скажет Мейсу. Ведь он наверняка пытался связаться с ней по комлинку. Интересно, что у него из этого получилось? Тионн вздохнула и задумчиво постучала пальцем по пузатому боку кружки. Не нравилось ей все это, но жажда знаний оказалась пока сильнее, чем интуиция вместе с голосом разума.
Тауэр выговаривал ему за самонадеянность на протяжении десяти минут, при этом ни разу не прервавшись на то, чтобы вдохнуть. Весь путь до Такоданы Сеймур прикидывает, какой у него должен быть объем легких. Может, Тауэр киборг? С него бы сталось. С него бы сталось быть вообще дроидом, хорошо маскирующимся под человека, но так далеко Сеймур решает не загадывать. Если однажды это вскроется, то Тауэра выпрут из Первого Ордена, и будет хорошо. Но если он придет с этой догадкой к начальству, и выпрут из Первого Ордена его самого, то будет очень плохо. Хуже, чем работать под начальством Тауэра с его бездонными легкими.
Во дворце Маз как всегда полно народу и шумно, по залу бегают какие-то дети, один из которых врезается в Сеймура и чуть не сбивает его с ног. Тем не менее, он находит в себе силы устоять, несмотря на хромоту и до сих пор болящую голень, и даже благосклонно кивает на быстро буркнутое «извините». Ребенок уносится дальше. Сеймур провожает его взглядом. Он прилетел сюда только потому, что во дворце Маз запрещено оружие, а значит, его не попытаются пристрелить из засады вновь.
На то, чтобы найти нужный столик и Тионн за ним, у Сеймура уходит добрых двадцать минут ковыляния туда-сюда по залу, пока, наконец, он не сдается и не спрашивает у бардроида, который безошибочно указывает пальцем в нужную сторону. Тионн выглядит все так же. Сеймур садится, не здороваясь и без приглашения, складывает руки на груди и хмурит брови.
— Не думал, что вам хватит наглости звать меня встретиться после того, как ваши друзья чуть не лишили меня жизни и корабля, — мрачно говорит он вместо приветствия. — Я здесь только потому, что Лансер очень просил. Что вам нужно? У Маз запрещено оружие, надеюсь, вы в курсе, как жестко она следит за соблюдением этого запрета.
Сеймур не верит, что те головорезы на самом деле как-то связаны с Тионн. Даже для ксеноски, она выглядит достаточно безобидно и почти наивно, а еще чересчур юно, чтобы быть частью какой-нибудь организованной преступной группировки. Про Раммагон, опять же, слышала. Но может, он ошибается, и в душе она кровожадна и просто пользуется внешностью для завлечения несчастных путников в неприятности. Никогда нельзя отметать что-то без доказательств. К несчастью, никто из головорезов не удосужился пояснить ему, по чьей указке они там были: ее или своей собственной, или чьей-то еще — но теперь Тионн сможет пояснить это сама.
[icon]https://i.postimg.cc/CL3Ngncx/young-Seymour.jpg[/icon]
Чашка кафа подходила к концу, а Мейса на горизонте не наблюдалось. Тионн потихоньку уже начинала переживать и корить себя за мимолетный порыв подозрительности, из-за которого она дала ему неверный номер для связи. Что если он нашел других, более сговорчивых охотников за древними ценностями? Что если она потеряла единственную нить, способную вывести к Раммагону? Девушка тяжело вздохнула, поставив кружку на стол. Крошечная искра веры продолжала тлеть в груди и, как оказалось, не зря. Вот только начало этой встречи как-то не задалось.
На мрачный взгляд Мейса Тионн ответила совершенно искренним недоумением. Ну да, “ошиблась” номером, но о каких друзьях шла речь? Никто даже из самых ее мало знакомых разумных никогда не промышлял нападениями.
— Подождите, Мейс. О чем вы? — она нахмурилась, отчего серебристые брови почти сошлись над переносицей. — Что произошло?
Тионн мысленно перебирала в голове всех своих информаторов, но ни об одном из них нельзя было сказать ничего плохого. С теми, кто промышлял разбоем, грабежами и прочими противозаконными методами, девушка никогда не хотела иметь ничего общего. И не имела. Потому слышать обвинения в свой адрес было в крайней степени странно.
— Я знаю, что здесь запрещено оружие. Я им никогда и не пользуюсь, — растерянно ответила Тионн. — Объясните, пожалуйста, в чем вы меня подозреваете?
Глаза у Тионн всё такие же жуткие, но Сеймур обнаруживает, что во второй раз мурашки уже не так интенсивно ползут по спине каждый раз, когда она смотрит — «смотрит»? — на него. Размышления о биологических особенностях зрения собеседницы он, впрочем, откладывает на потом. Сейчас он больше занят тем, что внимательно вглядывается в нее, пытаясь определить, говорит ли она правду или научилась врать в совсем юном возрасте. Он вот умел — почему бы какой-то ксеноске не уметь тоже?
Однако ее недоумение и растерянность настолько осязаемы, что кажется, их можно выловить из воздуха и дистиллировать в мерзковатый напиток. Сеймур не меняет ни позы, ни выражения лица. Любопытно. Очень любопытно. Если Тионн в самом деле ничего не подстраивала, значит, номер был действительно не ее, значит, она дала ему неправильный номер. Не поверила тогда? Но позвала на вторую встречу. Что изменилось?
— Я писал по номеру, который вы мне оставили, — холодно отвечает Сеймур. — Мне кто-то отвечал. Кто-то, кто и глазом не моргнув позвал меня на встречу, на которой...
Он выставляет из-под стола раненую ногу и задирает штанину, показывая Тионн перебинтованную голень. Убедившись, что недвусмысленная демонстрация прошла успешно, Сеймур прячет ногу обратно и морщится от легкой боли. Вот зараза. Если б его пустили в бакту еще на денечек, всё бы зажило нормально, нет, нет. Тауэр не поступает так со своими подчиненными, это слишком разумно и милосердно.
— И это я еще легко отделался. У меня нет причин думать, что это не вы. Вы же дали мне свой номер, — Сеймур смеряет Тионн колким взглядом. — Следовательно, я писал вам, и отвечали тоже вы. Поэтому спрашиваю вас еще раз: что вам нужно от меня еще? Я не веду дел с теми, кто подставляет и подвергает меня опасности.
[icon]https://i.postimg.cc/CL3Ngncx/young-Seymour.jpg[/icon]
— О звезды, — прикрыв рот ладонью, Тионн абсолютно искренне ужаснулась при виде перебинтованной голени собеседника. Давая не совсем верный номер, она даже не предполагала, что может случиться что-то дурное, а тут вон как вышло. Чувство вины мгновенно вцепилось в горло, а сама девушка сникла, опустив взгляд. Правда, благодаря особенности ее глаз, Мейс этого бы даже не заметил.
— Неправильный номер… — пробормотала Тионн, убирая руку в карман туники и доставая оттуда датапад. — Вот такой должен быть. Звезды, как ужасно вышло…
На экране высветилась последовательность цифр, которая отличалась на две от той, что девушка дала Мейсу в прошлую встречу. Она не собиралась сейчас сознаваться и каяться, что намеренно «ошиблась» — недоверие все же до конца не исчезло, но и частично загладить свою вину хотелось. Вдруг он на самом деле честный человек, а она едва не подставила его?
— Мне правда безумно жаль, что так вышло, — расстроенно пробормотала Тионн. — Кто бы вам ни ответил на той стороне, я не знаю их. Я просто… Просто хочу найти Раммагон. И сегодня у меня с собой список координат, которые могут быть вам интересны.
Список у девушки на самом деле был и даже два. Координаты первого она исследовала сама за прошедшие годы и либо не нашла ничего интересного, либо забрала все, что имело археологическую ценность, а второй представлял из себя карту-план, куда она только собиралась добраться. И пока совесть грызла за непреднамеренную подставу, Тионн пыталась решить, какой из списков стоило показать Мейсу. Здравый смысл подсказывал, что начать надо было с исследованных координат. Но чувство вины имело на этот счет совсем другое мнение.
Тионн как-то сникает. То ли правда чувствует вину, то ли еще что, кто их, ксеносов, разберет. Сеймур не может поручиться, что та раса, к которой она принадлежит, изображает эмоции так же, как это делают люди. Это еще одна из причин, по которой он никому, кроме людей, особо не доверяет. В одно мгновение ксеносы изображают раскаяние, а в следующее уже оказывается, что тебя вызывали на дуэль или обвиняли в ответ. Но номер с датапада Сеймур запоминает: отличие всего на две цифры, а каков эффект. Явно же соврала намеренно! Вряд ли, правда, знала, чьим номером окажется тот, что называла тогда. Это не мешает Сеймуру продолжать выглядеть справедливо оскорбленным и обиженным.
Вместо того, чтобы сразу же ответить — координаты! наконец-то! — он тянет долгую паузу, во время которой вглядывается в лицо Тионн и задумчиво хмурится. Теперь не очень понятно, станут ли эти координаты очередной ловушкой или окажутся настоящими, конечно. Это с одной стороны. С другой стороны, дело Сеймура — раздобыть их и донести до сведения начальства, чтобы начальство дальше отдало их кому там положено, Инквизиторию, наверное — он и сам не знает толком. А они уж пусть попадают в эти хитроумные ксеносские ловушки. С него хватит.
— Надеюсь, они правда стоят всех этих проблем, — наконец, угрюмо отвечает Сеймур и кивает Тионн, мол, показывай, что там у тебя.
Кантина вокруг них не замирает ни на секунду, мимо снуют посетители и дроиды-официанты, откуда-то льется музыка, голоса и общий гомон зала подлетают под самый потолок. На мгновение Сеймур задумывается, что было бы неплохо выманить эту Тионн отсюда — туда, где можно использовать оружие — и как следует это оружие использовать на ней. А потом забрать список и свалить. Непохоже, чтобы здесь был кто-то еще, кто вступится за нее. Но Сеймур недостаточно мстительный для этого, а там, где одни координаты, в какой-то момент, вполне вероятно, могут обнаружиться и еще, и еще, и источники информации о джедаях на дороге не валяются. Не такие, к которым действительно стоит прислушиваться. Вопрос только в том, входит ли в их число Тионн?
Тон и настроение Мейса никак не поменялось, впрочем, Тионн и не ждала, что тот сразу же заулыбается во все тридцать два (или сколько у него там было) зуба. Произошедшее выглядело чудовищно. И хоть сама она не была виновна в том, что на нового знакомого напали, но это из-за ее обмана так случилось. Лучше бы вообще свой номер не давала, чем вот так вот. Девушка подавила тяжелый вздох и придвинула датапад обратно, открывая два списка. Ей все еще не хотелось отдавать целиком список неисследованных координат, но одновременно с этим было стыдно отдавать бесполезные изученные, тем более, что там мог быть и он сам лично. Времени на то, чтобы прийти к какому-то решению, почти не было, иначе о доверии собеседника можно будет просто забыть.
— Сейчас, минуту… — пробормотала она, уткнувшись в экран белыми глазами-жемчужинами. — Очень много разных данных…
В итоге Тионн примирила между собой совесть и жажду исследований, наспех смешав по половине из обоих списков. Она решила, что так будет справедливо, тем более, что Раммагон в перспективе стоил явно больше чем то, что могло находиться по неисследованным координатам.
— У вас есть с собой список тех, по которым вы уже были? Мы можем сверить и обсудить подробнее экспедицию Беррика, — в голосе девушки промелькнула скрытая надежда на то, что к Раммагону они все-таки вернутся. И уж как-нибудь найдут общий язык для его поисков. — Если вокруг нее такая секретность, то там явно будет и что-то интересное для вас, верно?
Как она там все видит, если у нее нет зрачков? Сеймур знает, что есть расы, у которых даже глаз нет, но не представляет, как именно им удается видеть мир вокруг. Если честно, всегда считал, что они так и шарахаются по галактике в полной темноте, как обычные слепые. Или, может, имплантами какими пользуются, если финансовое положение позволяет. Но Тионн не выглядит особо богатой. Впрочем, и импланты бывают совершенно разного уровня. В Первом Ордене, например, есть очень даже ничего. Не отличишь от настоящей руки.
Сеймур с сомнением смотрит на датапад. Сомнение у него искреннее, не искусственное: кто ж знает, какие там координаты вписаны, раз Тионн так долго копалась там в их поисках. Могла и вписать что-то, что на самом деле является координатами какой-нибудь космической станции в заднице галактики или пустого астероида. Если Сеймур принесет Инквизиторию — нет, если Сеймур принесет Тауэру список астероидов без какого-либо намека на связь с джедаями, возможно, это ему понадобятся импланты.
Тем не менее, он кивает в ответ на вопрос и достает из кармана небольшой датапад, после чего сверяет список со своим. Несколько координат он откидывает сразу: слишком явные. Еще пару вычеркивает просто для вида. Если ему не изменяет память, они находятся не там, где положено находиться приличным джедайским штуковинам. Не то чтобы Сеймур такой уж знаток. Но чутью своему доверяет — иногда этого достаточно.
Остальные он сохраняет себе, ловко и быстро перепечатывая список.
— Верно, — рассеянно отвечает Сеймур, но уже спустя несколько мгновений сосредотачивает свое внимание на Тионн. — Я знаю, что он стартует в тридцатых числах от Библоса. Я знаю кое-кого, кто может помочь впрыгнуть в отходящий шаттл, но ему придется заплатить. Не все услуги бесплатны, увы, — и досада тоже настоящая: платить ксеносам Сеймур не любит, а этот его «кое-кто» — ботан. — Дальше это лишь вопрос того, как обеспечить себе безопасный отход, когда ваши цели не совпадают с целями Беррика. Спасибо за список. Надеюсь, вы не меняли тут по паре цифр в каждой паре координат забавы ради.
[icon]https://i.postimg.cc/CL3Ngncx/young-Seymour.jpg[/icon]
Последняя шпилька от Мейса ей не понравилась. Наверняка он был уверен, что Тионн не просто так изменила цифры, и сейчас тоже сомневался в том, что получил на руки. Справедливо и разумно, но весьма неприятно, когда ты все-таки честно даешь координаты, по которым не черная дыра или засада пиратов, а действительно джедайские места. Да, какие-то уже обчищены или разрушены, но все-таки.
— Нет, там все верно. Вы не прилетите по ним в пустоту или к звезде, где явно ничего не может быть интересного, — заверила его Тионн, убирая датапад обратно в карман.
Новость про тридцатые числа внушала оптимизм и сняла груз тревог с плеч. Девушка переживала, что могла за эти дни все пропустить, но удача, похоже, все-таки не повернулась к ней спиной. Еще можно успеть, если не мешкать.
— Как можно связаться с вашим… знакомым?
Вопрос денег Тионн не сильно беспокоил. Вряд ли тот разумный потребует космическую сумму за подобного рода услугу, а для остального она вполне могла в краткие сроки достать нужное количество кредитов.
— Я прекрасно понимаю, что бесплатно в нашей жизни мало что бывает. А что же вы? Вы сами не планируете отправиться туда же, куда и Беррик? — брови Тионн вопросительно изогнулись. Вновь вернулось колкое ощущение тревоги и того, что дело все-таки пахло дурно. Мейс сейчас не выглядел человеком, заинтересованным в экспедиции и ее цели. Может, просто плохо понимал, какую ценность из себя представлял Раммагон и все, что с ним было связано? Впрочем, это уже было не так важно. Конкретные имена уже давали возможность выяснить много интересного, как и точка вылета. С этим уже можно было работать, и время на это у Тионн пока было.
Тионн заверяет его, что координаты в полном порядке, никаких сменных цифр там и тут, и Сеймур дружелюбно улыбается, словно показывая, что это была шутка. Но в каждой шутке, как известно, лишь доля шутки, и веры ей у него с прошлой встречи не прибавилось. Самой Тионн об этом объявлять вслух необязательно: кто знает, когда еще на длинном жизненном пути экзотка может пригодиться ему.
— Вы найдете его на орбитальной станции у Библоса. Ботан, примерно вот такого роста, — Сеймур показывает рукой, — звать Но’рей, если не найдете по этому имени, скажите, что ищете ковер. В смысле, это кличка такая у него — Ковер. Обычно он ошивается в первой же кантине поблизости от ангара станции.
Во всяком случае, именно там Сеймур встретил его сам. Рабочие вопросы куда только ни заведут. Ничего, что можно было бы счесть подозрительным, в Но’рее нет: он правда как-то там связан с Берриком, в подробности ксеносских отношений Сеймур никогда не вдавался. Возможно, если Тионн будет достаточно убедительна, он и впрямь поможет ей попасть в эту экспедицию. Но это уже не проблемы Сеймура.
Вопросы Тионн задает меткие. Сеймур едва заметно оглядывается по сторонам, буквально одними глазами, а затем оттягивает ворот рубахи в сторону, показывая плечо. То самое, к которому сейчас крайне неаккуратно крепится не лучшего вида протез — это временный, потом ему обещали сделать получше, чтобы походил на настоящую руку не только от кисти и ниже, а целиком.
Посчитав, что времени на то, чтобы разглядеть его, прошло достаточно, Сеймур отпускает ворот и поправляет рубаху:
— У меня сейчас несколько другие проблемы. Вряд ли я буду полезен кому-либо, пока не приведу себя в порядок. Если протез неожиданно откажет в, — Сеймур подбирает слово, — затруднительной ситуации, выйдет не очень хорошо.
Лучше было бы сохранить этот контакт, если координаты, которые он получил, окажутся настоящими, но Сеймур не уверен, что у него теперь выйдет. Крифф, надо было соображать лучше, когда затевал все это. Тауэр с него три шкуры сдерет, если контакт стоящий, а возможности стрясти с экзотки еще координат больше не представится. Но уже поздняк метаться, главное — вывернуться отсюда без последствий для себя. Иметь дело с Берриком совершенно не хочется.
[icon]https://i.postimg.cc/CL3Ngncx/young-Seymour.jpg[/icon]
Тионн запомнила название планеты и имя связного. Но пока полученная информация не говорила ей ни о чем: имя было незнакомым, а планета не особо примечательной, так что делать выводы о достоверности не представлялось возможным. Ответ на свой последний вопрос она получила схожим образом, как в начале встречи. Жемчужные глаза несколько секунд не мигая изучали скрытое ранее под одеждой плечо. Выходило, что он пострадал из-за ее осторожности еще сильнее, чем показал? Тионн нахмурилась, ощущая очередной укол совести. Разумеется, в таком состоянии было опасно куда-либо ехать.
— Мне очень жаль, — расстроенно пробормотала она, опустив голову. И ведь даже кафа в чашке не осталось, чтобы держать лицо, спрятавшись за ней. — Желаю вам скорейшего выздоровления, Мейс.
Ощущение неловкости тем временем все возрастало. Тревоги смешивались со стыдом, эмоции сталкивались с голосом разума, а сама Тионн будто бы растерялась. Наверно, нужно было заканчивать эту встречу. Но если уйти отсюда было просто, то уйти от собственной совести было сложнее. Это ведь ее вина? Она должна как-то это исправить? Взгляд скользнул по плечу Мейса, затем вниз по руке. Что тут можно было исправить? Раны, конечно, затянутся, но вот руку уже не вернуть. Еще несколько секунд Тионн продолжила молчать, пытаясь принять правильное решение. Предложение о какой-то компенсации подтверждало умысел в подмене координат, а она все-таки пыталась выставить это случайной ошибкой. Обманывать, конечно, было нехорошо, но иногда следовало ради собственной безопасности. Непростой бой с собственной совестью был выигран с едва ощутимым перевесом.
— Спасибо, что нашли в себе силы и смелость прийти на встречу, — наконец негромко произнесла девушка, поднимаясь из-за стола. — Полагаю, что у нас больше нет ничего полезного друг для друга.
Небольшая демонстрация протеза явно дергает какие-то струнки в экзотке, но недостаточно, чтобы та добавила еще координат к списку. Не то чтобы Сеймур рассчитывал, но было бы забавно. Потеря руки трогает его не очень — сейчас, пока он на задании, все его эмоции и впечатления по этому поводу плотно заперты внутри специальной коробочки, куда он складывает всё личное, чтобы не мешало. В ответ на сочувствие он только кивает: да, ему тоже жаль. Но это жизнь и, по крайней мере, его протез оплачивает его начальство.
— Не за что, — бурчит Сеймур. — Удачи с Берриком. Надеюсь, там что-то стоящее всего этого.
Вряд ли, конечно. Но Беррик — непредсказуемый тип, вдруг Тионн действительно перепадет что-то, что чем-то ей поможет. Сеймур думает об этом несколько мгновений, а затем поворачивается, провожая ее взглядом. Ему безразлично, выживет экзотка или нет, но если да — наверное, лучше держаться подальше от мест вроде этого, где можно наткнуться или на нее саму, или на кого-то из ее дружков. Вряд ли ей понравится, что он обманул ее насчет экспедиции и Раммагона, а ему достаточно и одного протеза.
Усмехнувшись, Сеймур платит по счету и спешит убраться с планеты.
[icon]https://i.postimg.cc/CL3Ngncx/young-Seymour.jpg[/icon]
Вы здесь » Star Wars Medley » Завершенные эпизоды » Таймлайн ABY » [26.X.09 ABY] Для умеющих верить