То, что называли джедайским чутьём, обычно предупреждало об опасности. Коррана оно никогда не обманывало, ни тогда, ни сейчас. Порой он просто не слышал - вот, как сейчас. А надо было, потому что кулак прилетел в него оттуда, откуда он не ждал. Скорее, даже наоборот, он скорее рассчитывал на то, что Ведж будет на его стороне... Но удар пришёлся по его челюсти, а не по гариковой.
Перед глазами потемнело быстро, он едва ли успел это понять, прежде чем провалиться в беспамятство. Кажется, на какие-то секунды, но судить было трудно - он сидел на стуле, теперь на его плече была рука Гэвина, а голова гудела так, будто её использовали вместо наковальни. Если честно, это было недалеко от правды. Мало того, что перед глазами всё плыло, так ещё яркий свет резал ножом по живому. Хорн пару раз мотнул головой, но не помогло - всё чётче не стало, да и, кажется, одним ухом слышал он на порядок хуже.
Корран всё же рассмотрел удаляющуюся спину Гарика и смерил его полным ненависти взглядом. Так бы и...
Он взял кружку с вирренским - наверное, Дарклайтера -  и допил в один глоток всё, что там было. Правда, привкус был совсем не виски - железный такой, резкий, забивавший все тонкие и изысканные нотки благородного напитка. Ему, конечно, сейчас не до ноток, но в пустую кружку он сплюнул бордовую кровь.
Мерзко как-то всё. Хорн медленно обхватил голову, хотя толку? Она и так как в тисках. Вместе с сердцем.

Нет, ему точно понадобиться немного времени, чтобы прийти в себя. Время текло очень странно, причудливо. Сначала его почему-то прошло очень много, а потом вдруг в руке появился холодный и пахнущий бактой кусок тряпки. Рыхлой, но название её упрямо не находилось в хорошенько встряхнутой голове. Там и так порядок был весьма условный, порядком всегда ведала Миракс, смирившись с тем, что у его вещей никогда нет своего места, но теперь царил в мыслях совсем уж хаос, в котором ему долго придётся что-то искать, прежде чем найти. Пройдёт, как и назойливый звон в ухе, всё пройдёт, потому что время, как бы оно не двигалось, лечит. Правда, можно не дождаться, когда же все раны затянутся. Никто не обещал, что боль уходит быстро, как уходит вода сквозь песок.
Как-то оказалось так, что объятия Веджа сомкнулись вокруг него. Похожие на те, какие он редко получал от отца - и если закрыть глаза, очень захотеть поверить... Ком в горле никуда не хотел уходить, и Хорн не сдержал короткого всхлипа. Не от ноющей боли в челюсти, совсем от другой, которую приложенная бакта не лечит. Как и лучшие санатории.
Ничего её так и не вылечило до конца. Даже тридцать лет, а проживут ли они ещё столько же ещё, чтобы хоть немного отпустить эту?