Chelli Lona Aphra, Darth Vader
Время: 05.I.02 BBY
Место: флагман Вейдера
Описание: приходя к темному лорду с неудобными вопросами, помните, что неплохо бы, получив ответы, еще и уйти. Желательно не в шлюз.
Ура! Нам 8 (ВОСЕМЬ!) лет! Давайте поздравлять друг друга и играть в фанты! (А ещё ищите свои цитаты в шапке - мы собрали там всех :))
Ищем самого спокойного и терпимого рыцаря Рен в этом безумном мире
Ищем медицинское светило, строгого медика, способного собрать мясной конструктор под названием “человек” и снова отправить его на работу.
Ищем самого отбитого мудака по мнению отбитых мудаков для Джин Эрсо.
Ищем подрастающее имперское солнышко, которое светит, но не всем.
Ищем генерала Дэвитса Дравена, командира самой задорной разведки в этой Галактике.
Ищем талантливого ученика и личную головную боль Магистра Рен.
Ищем генерала разведки, командира самой отбитой эскадрильи эвер, гениального актера, зловредного пирата и заботливого мужа в одной упаковке.
Ищем По Дэмерона, чтобы прыгнуть в крестокрыл и что-нибудь взорвать.
Ищем лучшего моффа Империи, по совместительству самую жизнерадостную сладкую булочку в галактике.
Ищем левую руку мастера Иблиса, самый серьёзный аргумент для агрессивных переговоров.
Ищем имперского аса и бывшую Руку Императора, которая дотянулась до настоящего.
Ищем сына маминой подруги, вгоняет в комплекс неполноценности без регистрации и смс.
Ищем майора КорБеза, главного по агрессивным переговорам с пиратами, контрабандистами и прочими антигосударственными элементами.
...он сделает так, как правильно. Не с точки зрения Совета, учителя, Силы и чего угодно еще в этой галактике. Просто — правильно. Без всяких точек зрения.
...ну что там может напугать, если на другой чаше весов был человек, ценность которого не могла выражаться ничем, кроме беззаветной любви?
— Ну чего... — смутился клон. — Я не думал, что так шарахнет...
Выудив из кармана листок флимси, на котором он производил расчёты, Нексу несколько секунд таращился в цифры, а потом радостно продемонстрировал напарнику:
— Вот! Запятую не там поставил.
Он тот, кто предал своих родных, кто переметнулся на вражескую сторону. И он теперь тот, кто убил своего собственного отца. Рука не дрогнула в тот момент. Кайло уверял себя, что все делает правильно. Слишком больно стало многим позже.
Дела, оставленные Кайло, походили на лабиринт, где за каждым поворотом, за каждой дверью скрывались новые трудности, о существовании которых в былые годы рыцарства Анук даже и не догадывалась.
Ловушка должна была закрыться, крючок – разворотить чужие дёсны, намертво привязывая к Доминиону. Их невозможно обмануть и обыграть. Невозможно предать до конца.
Ей бы хотелось не помнить. Вообще не помнить никого из них. Не запоминать. Не вспоминать. Испытывать профессиональное равнодушие.
Но она не закончила Академию, она не умеет испытывать профессиональное равнодушие, у нее даже зачёта не было по такому предмету, не то что экзамена.
— Ты ошибаешься в одном, Уэс. Ты не помешал ему, но ты так и не сдался. Даже когда казалось, что это бесполезно, ты показывал ему, что тебя нельзя сломать просто так. Иногда… Иногда драться до последнего – это все, что мы можем, и в этом единственная наша задача.
Там, где их держали, было тесно, но хуже того – там было темно. Не теснее, чем в стандартной каюте, а за свою жизнь в каких только каютах он не ютился. Но это другое. Помещение, из которого ты можешь выйти, и помещение, из которого ты выйти не можешь, по-разному тесные. И особенно – по-разному тёмные.
— Меня только расстраивает, на какое время выпал этот звёздный час. Когда столько разумных ушло из флота, не будет ли это предательством, если я вот так возьму и брошу своих?
Не бросит вообще-то, они с Разбойной формально даже в одном подчинении – у генерала Органы. Но внутри сейчас это ощущается как «бросит», и Каре хочется услышать какие-то слова, опровергающие это ощущение.
Лучше бы от своих, но для начала хотя бы от полковника.
Да и, в конце концов, истинные намерения одного пирата в отношении другого пирата — не то, что имеет смысл уточнять. Сегодня они готовы пристрелить друг друга, завтра — удачно договорятся и сядут вместе пить.
Я хотел познакомиться с самим собой. Узнать, что я-то о себе думаю. Невозможно понять, кто ты, когда смотришь на себя чужими глазами. Сначала нужно вытряхнуть этот мусор из головы. А когда сам с собой познакомишься, тогда и сможешь решить, какое место в этом мире твое. Только его еще придется занять.
Сколько раз она слышала эту дешёвую риторику, сводящуюся на самом деле к одному и тому же — «мы убиваем во имя добра, а все остальные — во имя зла». Мы убиваем, потому что у нас нет другого выхода, не мы такие — жизнь такая, а вот все остальные — беспринципные сволочи, которым убить разумного — что два пальца обсморкать, чистое удовольствие.
В готовый, но ещё не написанный рапорт о вражеской активности в секторе тянет добавить замечание «поведение имперцев говорило о том, что их оставили без увольнительной на выходные. Это также может являться признаком...».
Джин не смотрит ему в спину, она смотрит на место, где он стоял еще минуту назад, — так, словно она просто не успевает смотреть ему вслед.
Лея уже видела, на что он способен, и понимала, настоящей Силы она еще не видела. Эта мысль… зачаровывала. Влекла. Как влечет бездонная пропасть или хищное животное, замершее на расстоянии вытянутой руки, выжидающее, готовое к нападению.
Как удивительно слова могут в одно мгновение сделать всё очень маленьким и незначительным, заключив целый океан в одну маленькую солёную капельку, или, наоборот, превратить какую-то сущую крошку по меньшей мере — в булыжник...
Правда, если достигнуть некоторой степени паранойи, смешав в коктейль с каким-то хитрым маразмом, можно начать подозревать в каждом нищем на улице хорошо замаскированного генерала разведки.
Эта светлая зелень глаз может показаться кому-то даже игривой, манко искрящейся, но на самом деле — это как засунуть голову в дуло турболазера.
Правда, получилось так, что прежде чем пройтись улицами неведомых городов и поселений или сесть на набережную у моря с непроизносимым названием под небом какого-то необыкновенного цвета, нужно было много, много раз ловить цели в рамку прицела.
— Знаешь же теорию о том, что после прохождения определенной точки существования система может только деградировать? — спрашивает Уэс как будто бы совершенно без контекста. — Иногда мне кажется, что мы просто живём слишком долго, дольше, чем должны были, и вот теперь прошли точку, когда дальше все может только сыпаться.
Кореллианская лётчица в имперской армии Шара Бэй была слишком слабая и умерла.
Имперка Шара Бэй такой глупости решила себе не позволять.
— Но вы ведь сказали, что считаете жизнь разумных ценностью. Даже рискуете собой и своей карьерой, чтобы спасти меня, хотя видите меня впервые в жизни. А сами помогаете убивать.
Осталась в нем с юности некая капелька того, прежнего Скайуокера, который, как любой мальчишка, получал удовольствие от чужого восхищения собственными выходками.
– Многие верят в свободу только до тех пор, пока не станет жарко. А когда пахнет настоящим выбором, драться за нее или подчиниться… большинство выбирает не драться.
— Ну… неправильно и глупо, когда отец есть, и он тебя не знает, а ты его не знаешь. Это как… — он помолчал, стараясь перевести на человеческий язык свои ощущения. – Ну вот видишь перед собой некую структуру и понимаешь, что в одном месте узел собран неправильно, и работать не будет. Или ошибка в формуле. Вот я и исправил.
Кракен искренне верил в то, что все они — винтики одного механизма и не существует «слишком малого» вклада в общее дело, всё машина Восстания функционирует благодаря этим вот мелочам.
— Непременно напишу, — серьёзно отвечает она и говорит чистейшую правду, потому что у неё минимум сто восемьдесят изящных формулировок для каждого генеральского рявка от «не любите мне мозги» до «двести хаттов тебе в...» (пункт назначения варьируется в зависимости от степени генеральского раздражения).
Минутой раньше, минутой позже — не так важно, когда они умрут, если умрут. Гораздо важнее попытаться сделать хоть что-то — просто ждать смерти Кесу… не нравится.
— Что-то с Центром? – вдруг догадывается он. Почему еще штурм-коммандос могут прятаться на Корусанте по каким-то норам?.. – Планета захвачена? КЕМ?!
— Я верю в свободу.
И тут совершенно не врёт. Свобода действительно была её верой и культом. Правда, вместе с твёрдым убеждением, что твоя свобода заканчивается там, где начинается свобода другого.
— И в то, что легко она не даётся. Остальное...Остальное, мне кажется, нюансы.
Проблема в том, что когда мистрисс Антиллес не думает, она начинает говорить, а это как всегда её слабое звено.
Star Wars Medley |
Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.
Вы здесь » Star Wars Medley » Незавершенные эпизоды » Архив » [05.I.17 AFE] Последнее желание
Chelli Lona Aphra, Darth Vader
Время: 05.I.02 BBY
Место: флагман Вейдера
Описание: приходя к темному лорду с неудобными вопросами, помните, что неплохо бы, получив ответы, еще и уйти. Желательно не в шлюз.
Афре очень хотелось знать, какое лицо было у того штурмовика, который помогал ей вешать в комнате, которую ей выделили — да-да, насовсем выделили! — плакат с главнокомандующим. Плакат был вполне пристойный, можно даже сказать парадный, если не брать в расчет то, что лорд Вейдер стоял не на фоне герба Империи, а на фоне яркого мокрого пухлого объемного сердечка. Плакаты же, где из всей одежды на объекте восхищения был один только шлем, Челли благоразумно даже не думала вытаскивать со своего корабля. Пусть остаются там, над кроватью. И еще в ванной. А вот тут все чин чином, как и положено. Совсем обойтись без портретов было сложно, даже с учетом того, что главнокомандующего она теперь имеет возможность видеть вживую!
О звезды!
Вживую!
Она даже может протянуть руку и потрогать его если захочет!
Не будет, конечно, но — МОЖЕТ! О звезды!
Всё еще не верилось. Хотя с момента их первой встречи прошло несколько месяцев. Есть все-таки на свете Сила! Есть! Теперь она сколько угодно может смотреть на эту прекрасную высокую фигуру в плаще. (А на одном из постеров он был в плаще одном ваще!) Так-так! Главное не терять голову, потому что как ей было сказано, предстоит много работы.
Ранее по поводу этой новой работы они общались сразу же после её прилета на флагман лорда Вейдера. и работа была — ух! И приступить хотелось как можно скорее. Тем более тема напрямую касалась её научной деятельности. Стоило хорошенько подумать, чтобы к следующей встрече с работодателем иметь на руках готовый план.
Но следующая встреча случилась чуть раньше того срока, который ей наметили. Чтобы предстать пред светлые.. пред темные очи лорда ситхов, сперва пришлось поймать в бесконечных коридорах его адъютанта и убедить его, что ей очень и очень нужна эта встреча, и что он просто не понимает насколько.
— Лорд Вейдер, — поздоровавшись начала она с порога в карьер, — я вспоминала тот разговор, который у нас был по поводу новой работы и условий, потом проанализировала те данные, которые Вы мне дали, и у меня вопрос..
Афра нетерпеливо качнулась с мыска на пятку и обратно, поняла, что нервно теребит край жилетки, поэтому сунула руки в кармашки той самой жилетки. Теперь руки были похожи на крылья птицы-гриль. Ну вот не только руки скоро могут быть похожи..
— У меня вопрос, — бодро повторила она. — Если меня к себе вызовет ИСБ и начнет допрашивать о том, чем я занимаюсь..?
Она вытащила руку из кармана и пояснила, крутанув кистью в воздухе.
— После анализа данных, и сбора информации о тех научных сотрудниках, которые касались этой темы, и которые либо пропадали, либо были арестованы по каким-либо причинам, либо умирали случайным образом, и по тому, что нигде официально эта тема не разрабатывалась, я могу сделать вывод, что.. — голос стал ломаться, и закончила она уже более робко, — что.. что поиски Звездной Кузницы — это Ваш личный проект. И.. ну и Вам скорее всего не хотелось бы, чтобы об этом знали.. другие?
Челли вытащила и вторую руку и подняла их обе будто сдаваясь, а сама затараторила еще быстрее.
— Ну не, я ничего не говорю такого, это просто гипотеза. Научная гипотеза, я же ученая! Если всё это согласованно со всеми, то я скорее спокойна, но ведь все равно есть что-то, что Вам не хотелось бы никому открывать, а тут ИСБ, неудобные вопросы, пытки, наркотики, а я слабая девушка.. В общем, лорд Вейдер, что мне делать?
На корабле многие задавались вопросом «Зачем нам здесь... она?». В основном из тех, кто еще не так давно служил под началом Вейдера, но были и те, в ком говорило не отсутствие привычки и опыта, а собственный снобизм и представления об уместности.
И абсолютное большинство считало, что ситху их мнение до светильника.
Некоторая правда в этом была. Вейдер отмечал эти мелочи фоном, обращая на них столько же внимания, как на оттенок пыли на очередной планете, но если бы ему вдруг понадобилось сложить полную картину о месте — или о человеке, все эти мелочи и детали уже лежали в ней, оставалось только вспомнить.
В том, что Вейдеру совершенно плевать на своих людей и он их даже не различает, правды не было никакой.
Афра, насквозь гражданская, привносила на флагман кусочек хаоса. Маленькая яркая деталь, как подвеска из разноцветных камешков, которую на прошлой неделе техники нашли в кокпите одного из истребителей. Вроде бы неуместно, но жизнь скрашивает — особенно если не забывать в неположенных местах.
Но в своей области она была хороша, хаттски хороша, а профессионалам в своем деле можно было прощать некоторые слабости — до тех пор, пока они не мешают.
Слабость, о которой говорила Афра, стоя сейчас в его кабинете, могла помешать очень и очень сильно.
Вейдер терпеливо выслушал ее... рассказ, на доклад это не могло тянуть никаким образом. Она, конечно же, заинтересовалась судьбой предшественников. И сделала любопытные выводы, которые, прямо скажем, не могли проистекать напрямую только из анализа исследований вокруг Звездной Кузни.
В Силе читался довольно типичный набор эмоций — с поправкой на Афру, конечно. Страх присутствовал всегда и у всех, за редким, редчайшим исключением, но только у Афры он мешался с каким-то диким, запредельным восхищением на грани обожания. В этом тоже... что-то было.
Сейчас Вейдер смотрел немного глубже, и губы под шлемом невольно кривились в подобии улыбки. То, что он увидел, его позабавило.
— Этот проект служит интересам Империи, — веско произнес ситх, и в этом не было ни слова лжи.
Тему личного проекта следовало закрыть раз и навсегда, именно потому, о чем говорила Афра. ИСБ не была проблемой, от веществ существовала достаточно эффективная защита, пусть и неприятная для защищаемого объекта, а для того, чтобы пытать агента Вейдера, нужна была нешуточная наглость и очень серьезный повод.
С Силой все было куда сложнее. Император никогда не оставлял без внимания поползновений ученика в сторону всего, что касалось древних ситхов, и наверняка заинтересуется, если уже не заинтересовался, зачем это Вейдеру понадобилась теоретически уничтоженная боевая станция раката. Особенно когда их собственная боевая станция вот-вот встанет в строй. Вряд ли его величество решит лично пообщаться с главным археологом проекта, если только они не привлекут слишком много его внимания. Но и совсем исключать эту вероятность было бы глупо. Чутье старшего ситха редко его подводило и временами делало совершенно непредсказуемым.
И вот здесь — Афра с ее соображениями.
Не важно, насколько они близки к истине или далеки от нее, это не будет играть никакой роли, если Палпатин решит, что ученик заигрался и следует поставить его на место.
Об этом он еще подумает. И все-таки. Изначальный вопрос Афры. ИСБ.
— У тебя есть основания считать, что Служба заинтересовалась тобой?
Афра сложила руки за спиной и качнулась с мыска на пятку. Чуть склонила голову на бок и посмотрела на Вейдера.
— Лорд Вейдер, мне кажется, если бы основания у меня были, то, боюсь, я сейчас разговаривала бы уже не с Вами.. — Она пожала плечами. — Ну, возможно, я сейчас бестактность сказала, но я имею в виду, что ИСБ работает достаточно профессионально, чтобы не палить свою заинтересованность в ком-то.
Ну в самом деле, недооценивать Службу Безопасности — ну такое. Тогда уж лучше переоценить её, чтобы всё просчитать, и найти выход.
— Но если заранее просчитать такой вариант, то можно что-то придумать с этим, — Афра почесала нос и широко улыбнулась. — Но, если мы не делаем ничего тайного, то значит, мне и скрывать нечего! Так что, в случае чего, я просто буду честно отвечать на вопросы.
Улыбка стала еще более милой. Этот выпад был чуть провокативен.
По тому, что она успела накопать, выходило, что официально Империя не вела исследований в этом направлении. И не официально, по крайней мере до чего она смогла докопаться, тоже. Впрочем, всё могло быть засекречено куда сильнее, чем она могла пролезть. Но еще была женская чуйка, которая говорила, прямо-таки орала о том, что не всё тут чисто..
Вейдер молча смотрел на нее, позволяя развивать мысль. Черные линзы маски не выражали ничего, они по определению не могли ничего выражать. Но взгляд за этими линзами был недобрым, и Вейдер умел делать так, чтобы собеседник прочувствовал эту недоброту всем своим нутром.
Умная, талантливая, отчаянная Афра зарывалась.
— Я уже говорил тебе, что проект секретный, — ситх поднялся на ноги и теперь смотрел на нее сверху вниз. Пока их разделяло несколько метров пространства, это не слишком остро ощущалось. — Это единственный честный ответ, который ты имеешь право кому-либо озвучивать.
Несколько неторопливых, тяжелых шагов вдоль переборки. Инженер, оборудовавший его кабинет здесь, встроил в нее голопанель, на которую отображалась картинка с внешних сенсоров корабля. Вейдер никогда ей не пользовался. На звезды он предпочитал смотреть сквозь лобовой иллюминатор мостика, один на один с бесконечной космической чернотой.
— Если ты не уверена в своей способности удержать язык за зубами... — Вейдер остановился, замер неподвижной черной глыбой, не поворачиваясь к Афре. — Придется решить эту проблему.
Решение у него уже было, даже несколько. Но какое из них применять, он еще не определился. И реакция археолога имела значение.
Сказать, что холодок пробежал по спине — это ничего не сказать, потому что ощущение было такое, что на девушку вылили ведро холодной воды. Она поняла, что где-то оступилась, но пока не могла понять, где именно и сейчас мысленно прокручивала разговор в обратном направлении, чтобы понять, что именно Лорду ситхов не понравилось.. Как исправиться, если не знать, что исправлять?
А черная высокая — и такая грандиозная и суровая в этом черном плаще! — фигура приковывала взгляд, а мысли путались. Так где она сделала не так? Ведь вроде все верно, пришла и заранее предупредила Лорда Вейдера, более того, говорила с ним откровенно, что с нею вообще редкость.. Крифф..
— И как же, Лорд Вейдер? — пискнула она.
Было у неё нехорошее предчувствие…
Вот то самое, пониже спины, как когда внезапно дело начинает пахнуть керосином.
Под шлемом Вейдер улыбался. Несмотря на всю свою хаотичность и способность время от времени удивлять его, Афра все же оставалась человеком, с довольно предсказуемым набором реакций на некоторые вещи. На плохо замаскированные угрозы, например.
Люди, склонные торопливо переключаться на реверс, едва только поняв, что сделали что-то не то, немного раздражали. Но это все еще было лучше, чем необоснованное упрямство и неспособность не то что осознать ошибку — даже понять, что она вообще имела место.
Нет, у Афры хорошие реакции. Про таких на Татуине говорили «без мыла в жопу влезет», и там это считалось комплиментом.
Но небольшой урок археолог заслужила.
Вейдер неподвижно стоял у переборки, сложив руки на груди, и делал вид, что всерьез занят размышлением о заданном вопросе. На самом деле он давно уже все решил, но выдержал паузу, достаточную для того, чтобы Афра начала нервничать и успела сама себе придумать разные страшные и неприятные вещи.
— Надежно, — наконец ответил ситх. — В качестве знака уважения к твоим способностям ты можешь сама выбрать способ казни.
Сила едва ощутимо задрожала, мрак хищно облизнулся: страхом сейчас полыхнет на пол-разрушителя... Так всегда бывает. Почти со всеми.
Страхом полыхнуло на весь разрушитель!
По крайней мере полыхнуло для тех, кто мог этот страх ощутить, а самой же Афре показалось, что её обдало ледяным душем, а коленки тут же стали ватные. О таком состоянии еще говорят «вот-вот кирпичей наложишь». Из кирпичей Афры можно было бы собрать по частями небольшую космическую станцию, и еще остались бы лишние для постройки жилья всем убогим и нуждающимся...
Она облизнула губы.
Так-так.. надо очень и очень срочно что-то предпринимать. Но вместо какого-нибудь спасительного плана, в голову лезли те самые способы казни. Когда Челли приносила личную присягу Лорду Вейдеру, они обговаривали этот момент. Но кто же знал, что «этот момент» наступит так скоро. И даже не поймешь, где именно оступилась, где тут предательство? Хотела же, как лучше! А вышло.. Ну в общем, как обычно вышло..
— Умереть от старости в своей постели — это не попадает под категорию казни? — выдавила она, глупо хихикнув. Ох, нервы-нервы! — Ну тогда.. Дайте подумать.. Можно же подумать? Я точно знаю, что я не хочу в шлюз, потому что это очень глупо.. Поэтому я сейчас подумаю, что-то поинтереснее...
Она развела руками, а по лицу все еще блуждала глупенькая улыбка птички-коноплянки. Может как-то можно уладить? Но тут разве что самому тупому дебилу было бы не ясно, что начинать лебезить и упрашивать о помиловании — это вот как раз то, чего не стоит делать. Афра достаточно узнала характер своего кумира, чтобы со всей определенностью утверждать, что тот хлюпиков и слабости не любит.. А как тут быть сильной? Или действительно всерьез выбрать? А как тут выбрать?
Ну то есть, если всерьез, то что-то вроде «затрахайте мена до смерти, хочу умереть от оргазма с вами» было бы даже неплохо. Но за озвучивание такого не полетит ли она сразу в шлюз со скоростью света..?
Афра поняла, что молчит довольно долго.
— Лорд Вейдер, я думаю, что быстрее придумаю, если съем мороженого. Это возможно? — И решив, что чего быть, того не миновать, поспешно добавила. — Но если возможно, то можно клубничного? И лучше ведерко.. Все-таки, такое важное решение! Всего один раз в жизни выпадает...! Поэтому мне никак нельзя ударить в грязь лицом!
Вейдер чуть повел шлемом. Легкое, едва уловимое движение.
Мороженое?..
Афра отчетливо паниковала, и тянула время, как только могла. Реакция, подход... Хороши сами по себе. Реализация... На краткое мгновение он испытал странное ощущение, которое в некоторых культурах называли альдераанским стыдом: неуместная неловкость за чужое поведение.
— Значит, мороженое.
Правду говоря, Вейдер понятия не имел, есть ли что-то подобное на его флагмане.
— И шлюз.
Такой смерти Афра не хотела. Зря, не самый неприятный способ умереть.
Несколько секунд Вейдер всерьез размышлял, не придушить ли ее прямо здесь. Незаменимых разумных не бывает. Афра в некотором роде уникальный специалист, но не единственный в галактике. По крайней мере, следующий археолог, поинтересовавшись судьбой предшественников, не станет испытывать его терпение.
И все же, искать ей замену будет... неудобно.
Но и следовать прежнему плану будет неразумно. Впрочем, коррективы он внесет позже. Сейчас нужно было закончить с Афрой.
Вы здесь » Star Wars Medley » Незавершенные эпизоды » Архив » [05.I.17 AFE] Последнее желание