Хакс откидывает волосы со лба.
Они влажные от пота. До омерзения липкие. Оставили бы мокрые следы на перчатках. Перчатки и так блестят от крови Дэмерона.
К Хаксу не сразу возвращается осознание. Тяжёлое, свистящее дыхание принадлежит ему самому. Как и тело Дэмерона на полу. Как и замерший в спящем режиме дроид.
Как и всё в этом ублюдочном Первом Ордене.
Голова всегда должна оставаться холодной — аксиома, не следование аксиоме — ошибка, за ошибки приходится дорого платить — гораздо дороже, чем Хакс хочет отдать, потому что он не хочет отдавать ничего своего, гораздо дороже, чем Хакс может отдать, потому что ничего своего у него нет — и есть всё; но как удержаться от этого тепла, заливающего всё тело, заливающего голову, брызжущего из-под рук, может ли кто-то ему противостоять, нужно ли кому-то сопротивляться вообще этому удовольствию, от которого перед глазами кровавая пелена и сладость на корне языка; когда место, в которое приходится удар, становится всё мягче, а удары всё болезненнее для наносящего их и всё безразличнее для принимающего — парадоксально; сейчас он в самом деле слышал треск, без всяких метафор, и это лучшая награда из возможных — тогда, когда голова горяча и ничто другое не имеет значения, кроме этой поэзии, ставшей материей, действительностью, явью; не играет роли, куда бить и как бить, только бы это продолжалось, только бы не заканчивалось, и после определённого порога уже всё равно, могут это почувствовать или нет, только бы не заканчивалось, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.
А потом всё заканчивается.
Хакс с трудом нащупывает реальность. Опирается на скользкий поручень пыточного кресла. Более скользкий, чем должен быть. Как идти в гору. Шаг за шагом. Не оступаясь. Не оскальзываясь. Костяшки пальцев ноют. Пальцы тоже. Ноют руки. Правая — до плечевого пояса. Забавно. Хакс уверен, что руки чистые. Что форма не пропускает кровь.
Хакс с трудом фокусирует взгляд. Главный объект реальности на данный момент. По Дэмерон. Пилот Сопротивления. Ситуативный информатор и курьер Первого Ордена.
Менее всего лежащее на полу тело напоминает кого-то из них троих.
Более всего — труп.
Это пугает. Страх опустошает ещё больше. Лишает остатков сил. Не то чтобы их много. Не то чтобы их достаточно. Их должно быть достаточно. Достаточно для чего угодно. Скорее всего, намного больше.
Всё ведь только начинается.
Хакс отметает желание рухнуть на колени перед Дэмероном. Было бы глупо. Неуместно. Гораздо проще.
Простые пути чаще всего ведут к непростым последствиям. Особенно в мелочах.
Хакс опускается на корточки. Медленно. Осторожно. Его пошатывает, но удержать равновесие легче, чем предполагалось.
Если бы он сейчас обратился к меддроиду, из повреждений тот смог бы выявить разве что сбитые костяшки — в худшем случае. Физически Хакс в полном порядке. Но за ошибки приходится платить — и когда тепло уходит, не остаётся ничего. Пустота. Вакуум. Как будто космос, лишённый звёзд, планет, астероидов, что там в нём ещё — но время метафор тоже закончилось.
Он окидывает взглядом вывернутую под неестественным углом руку Дэмерона и тянется к его лицу. Скользит тремя сложенными пальцами от нижней челюсти вниз по шее, давит на артерию. Ничего не чувствует.
Тихо выругавшись, Хакс поспешно стягивает перчатку и повторяет манипуляции. До этого ладонь и в самом деле была чистой. Бледная кожа окрашивается чужой кровью, и теперь это оставляет его равнодушным.
Потому что пульс он нащупывает далеко не сразу — но нащупывает. И испытывает от этого смесь облегчения и тупой злобы, обращённой на себя самого. Можно
(нельзя)
было бы быть аккуратнее.
Хакс поднимается, снова надевает перчатку. Смотрит на своё искривлённое отражение в металле пыточного кресла. Достаёт платок, тщательно стирает кровь с лица, насколько это возможно убирает её с волос. Возвращает на голову упавшую фуражку — она скроет остатки. Остальное скрывать не нужно: красное на чёрном заметно не будет. Активирует дроида, и тот издаёт звук на высокой частоте.
— Всё убрать.
Голос даже более резкий, чем обычно. Дроид подтверждает более тихим звуком, как будто способен почувствовать, насколько Хакс раздражён.
— Пленника вернуть в исходное положение. При необходимости поддерживать жизнедеятельность организма. Не вздумайте его излечивать.
Хакс, разумеется, не собирается этим заниматься. У дроида вряд ли хватит возможностей на всё — у него другой функционал. Например, передать приказ другим. И лучше бы им поторопиться.
— Через пятнадцать стандартных минут всё должно быть готово. Исполнять.
Хакс мечтает только о походе в освежитель — хотя бы о том, чтобы переодеться. Но позволяет дроиду, издающему безумные звуки, выкатиться из помещения — и только после этого покидает его сам. Чуть нетвёрдым шагом.