Ли беспокоилась. Это проявлялось не так чтобы ярко, но достичь внутреннего равновесия, которому учил отец, никак не получалось. Папа, конечно, убедил ее, что Мон жива и невредима, пусть более точных сведений не удалось получить даже ему. А искать маму - предел безумия. Справки можно наводить долго, но его контакты простираются не так глубоко, чтобы иметь сведения о пленнике, задержанием которого занимался сам Лорд Вейдер. Говорил это все отец мирно и ровно, будто даже не очень волновался. Но она-то видела: седые волоски и морщинки, которых четыре дня назад еще не было, не скроешь под маской равнодушия.
Правда, ссориться с папой было как-то совсем бессовестно.
В результате Лиеда вылила досаду на одного из своих учителей. Разумеется, она потом долго извинялась, да и тот признал, что не стоило приводить Мон в качестве примера неудачной дипломатической карьеры. Вот только если б Ли так не занимало это происшествие, человек у занятого имперцами здания привлек бы ее внимание гораздо раньше.
А зрелище было достойно того, чтобы его заметить, хотя Лиеда и начала уже привыкать к постоянным мелким бурлениям жителей столицы. Разукрашенное яйцами имперское бюро выглядело произведением искусства, и Ли резво спрятала неуместную улыбку.
Художник-активист тем временем расходился все сильнее, крики об освобождении Мон становились громче. Ли его знала - ну, как знала. Примелькался то там, то здесь: трудно не заметить такую выдающуюся личность, которая не считает нужным держать свои мнения при себе. Имперские власти, похоже, не думали, что на Чандриле есть опасность восстания, так что обвинений ему не предъявили - судя по тому, что он сейчас занимается мелким хулиганством. Но всему же есть предел, верно? Сейчас он наживет себе проблем по самую маковку.
...и Лиеды это совершенно не касается.
Но он может знать что-то о матери, как минимум - что она в заключении, а, не, скажем, что она завтра будет казнена.
Хотя какая ей разница? Мон никогда не думала о благополучии дочери. С чего бы Ли начинать семейную заботу?
И в конце концов, раз этот гандарк такой агрессивный, связываться с ним может быть просто опасно. Слушать он ее точно не будет, раз дошел до яиц.
Но все же жаль будет, если Ли упустит такой шанс - сама - навести справки. В важном, серьезном деле. Да и человек этот ничем не заслужил месяца в тюрьме, который непременно ему выпишется, если имперцы оскорбятся новой расцветкой здания Службы Безопасности.
Ох ты ж.
- Вы совсем с ума сошли? - упрекнула его Лиеда, приближаясь, но не слишком близко, чтобы ненароком не спровоцировать огонь яиц на себя.
