Дожить до дня практики было сложно, но они это всё-таки сделали. Каре, которая всегда была тем разумным человеком, который считал теорию важной частью обучения, с каждым днём верила в её необходимость и такую уж важность всё меньше и меньше. Тем более, этого всего было столько, что иногда хотелось спрятать голову в подушку и оттуда никогда её не доставать, иначе она не выдержит ещё одного раунда пичкания графиками, чертежами, схемами, инструкциями... К тому же, часть из этого Каре вместо сказок на ночь слушала, ещё не совсем умея говорить и вообще осознавать, о чём речь, а тут — по новой, да ещё в несколько раз хуже... Силы под грудой теоретических выкладок таяли с каждым днём, поэтому только и оставалось, что конспектировать и уговаривать себя подождать. Уговаривать и конспектировать.
Они с По идут первыми, и она легко ему подмигивает — улыбка у него до ушей, ещё бы. Свою она сдерживает, хотя пальцами едва заметно настукивает мелодию по собственной же ноге, так легче справиться с попытками притоптывать и всячески вести себя неподобающе при инструктаже. Инструктаж тянется невозможно долго, и даже Каре уже кажется, что это слишком, они это столько раз уже слышали, в самом деле...
Внутри она сразу же забывает о существовании По, инструктора и всех остальных, сосредотачиваясь в первую очередь на подготовке. Движения её пока не успели стать автоматическими — да когда бы, если и не видели они ещё толком приборную панель! — поэтому Каре на всякий случай про себя проговаривает каждое действие, строго по инструкции, чётко и по полочкам. Сначала делает, только потом успевает договорить, но главное ведь — система, правда?
Каре, Зелёный-один (ух!), запрашивает вылет пока что у инструктора, командует приготовиться, взлетает. Симулятор издаёт почти что настоящий гул (но Каре точно знает, что в этом самом "почти" и заключается вся разница, пусть пока она и от того, что есть, в полном восторге), старательно имитирует движения поднимающегося в воздух крестокрыла и взлетает. И Каре даже удаётся поверить, что по-настоящему. Нет, нужно поверить, что по-настоящему — ключ к успешному выполнению задания. А успешно его выполнить Каре хочется сейчас даже больше, чем сесть в настоящую кабину, хотя бы потому что эта цель будет поближе и пореальнее.
— Ну что, покажем сегодня мастер-класс, Зелёный-два? — спрашивает она по внутренней связи, беззлобно поддевая По. Не то чтобы, впрочем, у них большой простор для действия — инструкции чёткие и довольно простые, до скукоты.

Брови Каре поползли вверх вместе с уголками губ — ой ли, Зелёный-два? — но ответить она не успевает, потому что эфир засорять не положено, а они тут, вроде как, делом занимаются, а не хиханьки устраивают. Ладно, один-ноль не в их с По пользу. Каре возвращается в боевой (ученический?) настрой и переключает внимание с По на инструкции. С инструкциями и приказами работать Каре умеет, может, даже лучше остальных — сказывается мамино воспитание — но «простое», с которого они начинают, очень быстро перестаёт казаться чем-то эдаким, чего они столько времени ждали. Сразу перестаёт, в общем-то. Про симуляторы на курсе не болтал только ленивый, да и тот явно подумывал — это событие казалось будущим пилотам если не главным, то хотя бы основным этапом ещё не такого длинного ученического пути. Сейчас же Каре, которая ожидала от самой себя восторга по этому поводу, никак не могла его в себе найти. Ну да, здорово, конечно, что вот они сели в симуляторы и полетели — в симуляторах — но все эти подсказки, инструкции, чуть ли не красным обведённые маршруты, которым нужно было следовать... В общем-то, она себе это как-то по-другому представляла, хотя здравый смысл и напоминал, что она была в курсе, как это обычно происходит. Да и вообще, это первое задание на симуляторах, а не сто тридцать первое. Правда, она с надеждой посматривает вперёд — может, вот сейчас какой-то подвох образуется? Она готова! Или сейчас? Всё ещё готова! Или вот...
Подвох приходит, откуда не ждали, пока сосредоточенная Каре всматривается в искусственное пространство перед собой: по внутренней связи подаёт голос По. Каре с секунду медлит, прежде чем ответить, но По Дэмерона она успела изучить достаточно хорошо, чтобы понимать: это не вопрос-разрешение-предложение, это предупреждение о дальнейших действиях.
— Не положено, Зелёный-два, — произносит она, не удержав улыбку, но этого всё равно никто не увидит. И продолжает в том же тоне, хотя в голосе наверняка слышно изменение тональности из-за совсем влезшей на лицо улыбки:
— Не отставай.
Каре даже толком задуматься не успела, увеличивая скорость — по-крайней мере, не о том, что им вроде бы и правда не положено, знай себе, выполняй задание инструктора, освобождай кабину симулятора и иди гуляй. Да и в голос инструктора по связи она вслушиваться перестала — в конце концов, что он ещё мог им сказать, что они и так про себя не знали? Жаль только, что программа симулятора управляется извне — им бы было, где развернуться, будь это не так. Каре увела икс-винг в простой вираж, скорее чтобы просто почувствовать управление, и снова обратилась к По:
— Кто последний до конца трассы, тот проставляется?

Каре фыркнула только для виду, нарочито громко, чтобы было слышно в микрофон — сама же улыбнулась себе под нос. В По она не сомневалась — впрочем, это не значило, что не планировала выпить за его счёт в кантине. Мысль о предстоящей победе приятно отозвалась в мыслях, но Каре тут же себя одёрнула. Сначала нужно было выиграть, а потом праздновать: а то делёжка шкуры не до конца убитого нексу была чревата эпичным провалом.
— Не переживай о невозможном, По, — Каре максимально сохранила серьёзность лица. Не то чтобы она не просчитывала все возможные варианты, но сейчас чувствовала, что хотя голова остаётся достаточно холодной, чтобы управлять симулятором, азарт всё-таки берёт своё чрезмерно резкими движениями рук. Если по хорошему и по правилам, Каре бы остановиться, подумать немного, но позволить себе этого она не может, поэтому продолжает в заданном ритме. По чуть отстал, пристраиваясь позади, и Каре как раз прикидывала, какой бы финт ей совершить, чтобы ещё больше оторваться от него, при этом слегка порисовавшись, не без этого...
Когда прямо перед ними, практически из ниоткуда, появился ещё один участник событий. Нежданный участник событий, что немаловажно. Каре мигом вернулась к прослушиванию частоты, но там тихо, и быстрая попытка восстановить в памяти последние несколько минут подсказывает, что от инструктора уже ничего не слышно какое-то время... Видимо, раз они игнорировали его вслух, он решил показать, чем это чревато. Режим боя, значит? Без предупреждения?
Впрочем, с одной стороны это Каре даже раззадоривает, но она себе напоминает, чем заканчивается слепое падение в азарт.
— Зелёный-два, уходим врассыпную, — скомандовала она даже вполне серьёзно. — Нужно проверить, работают ли лазерные пушки.
Что-то ей подсказывало, что даже если до этого момента они были в полном порядке включены в симуляцию, сейчас это могло быть совсем не так. Тем более, инструктор их прекрасно слышит, и любое их действие, проговорённое вслух, может скорректировать поведение программы. Поэтому Каре замолкает — тем более, в сообразительности По она уверена. Вместо этого она уводит истребитель чуть вверх и вправо и только подтверждает свои опасения насчёт лазерных пушек. Что ж, вероятно, и у противника их не окажется — тогда они хотя бы в равных позициях?

Конечно, чего ещё можно было ожидать от симуляции, которая происходит не под их контролем? Впрочем, проносится где-то далеко в хвосте лихорадочного потока мыслей Каре, будь они сейчас действительно где-то на деле, по-настоящему, а не в симуляторах, дела могли пойти даже хуже, чем сейчас. Так что действовать нужно было по обстоятельствам, а не думать, насколько бессовестно со стороны инструктора и их переговоры слушать, и действовать с куда большими правами на управление симуляцией.
Когда голос По в комлинк только подтверждает догадки самой Каре, безрезультатно попытавшейся выжать всё возможное из симуляторного крестокрыла, тихое ругательство у неё всё же срывается с губ, не то чтобы она даже успела подумать, прежде чем произнести. Одновременно палить по ним обоим теперь не получится, только если... только если у инструкторского истребителя нет ракет, но ведь надеяться на это бессмысленно и даже глупо, правда? Правда, снова подтверждает то, что Каре и сама уже видит, голос По.
— Уходим в манёвр, По, — произносит она быстро. В интонации её голоса звучит что-то в духе «ты и сам знаешь, что делать, не мне тебя учить, ты Дэмерон или кто, в конце концов». В том, что у него в голове пронеслись уже все возможные варианты ухода от ракеты, Каре почему-то совсем не сомневается.
Сейчас, когда они действуют не по заранее заготовленному сценарию «просто лети и обгони сокурсника», мозги Каре соображают туже, чем хотелось бы. Руки не летят впереди мысли делать то, что она ещё не успела даже пожелать, хотя ей всегда казалось, что уж после такой интенсивной теоретической учёбы уж точно именно так оно и сложится. А тут даже не реальный бой, что там — не реальная обстановка! Каре хмурится, ей кажется, что мысли ползут медленно, точно слизняки, однако делать всё равно что-то надо. Поэтому она увеличивает скорость, не отрываясь, смотрит на ракету и продолжает жать рычаг.
Если выйдет — вот это будет круто. Хоть бы вышло, хоть бы, хоть бы... Не должно же быть сложнее, чем она себе уже триста раз вообразила, штудируя книжки? Внутренний голос подсказывал, насколько степень заблуждения Каре велика, но она предпочитала его не слушать. Сейчас цель была одна: выйти из этого столкновения победителем.
Рукам хотелось затрястись, но Каре им не разрешала, им нужно было выполнять верные движения, пусть и слегка дёрганые, явно не отточенные до автоматизма. Мысль о возможном проигрыше не добавляла собранности, и хотя Каре рисковала только шуточками от однокурсников, проигрывать ей не нравилось. Каре задним умом чувствовала, что не выполняет технику верно, как нужно, но у неё не было времени над этим задуматься: даже если бочка выйдет на на пятёрку за занятие, в своём первом бою она не рассталась пусть и с виртуальным, но всё же крестокрылом?
Про По она задумается потом, когда успешно выйдет из бочки — ну или не выйдет, тут уж как получится.