Иногда Кость поглядывала себе за спину, иногда — на тени, пляшущие по стенам, стелящиеся под ногами.
В основном она смотрела вперед и под ноги.
В основном — просто вперед.
Все остальное подмечала как-то невзначай, не особо задумываясь; с самого детства она ходила по коридорам и комнатам Ближнего, сначала — с родителями, потом — одна.
Последние лет пять она ходила одна, и это было… тоскливо.
Не привязывайся к вещам, не привязывайся к людям, однажды уходят все — но это было не очень-то и просто.
Старший был мертв окончательно и бесповоротно, родители ушли в Третий и не вернулись, и Кость знала, что однажды уйдет туда тоже.
Может быть, там она встретит их.
Может быть, они будут ждать ее у выхода.
Как бы там ни было, память о них жила в ней и иногда тонкими лапками трогала за самое сердце — и от этого становилось щемяще-больно.
Поэтому быть одна в новогоднюю ночь Кость не любила.
Новогодняя ночь была временем, когда никто не должен быть один.
Иногда ей это удавалось.
Смальту она не знала особо, слышала что-то о ней — о ней и о ребенке, которого забрали Дарители, — но теперь шла рядом, иногда поглядывая по сторонам.
Точнее сказать — вела.
— Ну вот еще, — Кость дернула плечом, прислонившись к косяку, и наморщила нос. — Никогда не была в комнате мертвеца. Мне любопытно. Идем.
[nick]Кость[/nick][status]пустельга[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/0018/1a/00/9/41118.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Искательница, верующая в Архитектора[/LZ]