"Будь осторожен", - говорит ему Тионн, провожая, и Кам по привычке обещает ей, что непременно будет.
"Будь осторожен", - говорит ему Люк, и Кам в ответ только хмыкает, видя за этими словами скорее "постарайся никого не убить", чем "постарайся ни обо что не убиться". Но, может быть, гранд-мастер ничего такого не имел в виду: Кам всегда был плох в чтении между строк.
Он хочет лететь на Триан один, но не получается: он способен доказать целесообразность этого всем, кроме Джизеллы. Она упрямая, в неё сочлось всё лучшее от матери и отца, и с каждым годом это всё заметнее. И мастер Солусар, конечно, не посмеет (так и сказала - не посмеет!) улететь без нее, и она, конечно, очень ему пригодится, и где вы здесь вообще нашли ребёнка?!
Кам соглашается - времени на долгие споры у него нет, - но убеждает Джизеллу в важности обеспечения путей отхода, потому что Корран явно будет не в лучшем состоянии, и сам он тоже может быть ранен, и кто-то же должен подхватить их на выходе.
Джизелла неожиданно легко соглашается, и это экономит им кое-какое время.
Судя по тем скупым сведениям, которые передало Люку РУНР и которые сам Кам успел найти про криффов ГенТех, времени у них было маловато.

В лесах Триана можно спрятать что угодно: хоть ситский храм, хоть имперскую базу, они чем-то напоминают явинские. Явин, сомнительные постройки, Корран Хорн... всё повторяется, да?
Кам усмехается этой мимолётной мысли, пробившейся сквозь его сосредоточенность.
Даже при наличии координат от РУНР он ищет базу ГенТеха долго, всё углубляясь и углубляясь в бесконечность местных лесов. На пути ему попадается несколько предостерегающих табличек про зону повышенной опасности, но и только.
От этих табличек до первого замеченного им патруля проходит около часа. Патруль его не замечает - ни этот, ни следующий. Но и сам Солусар не может найти вход. В сообщении было сказано, что база "частично или полностью подземная", но ведь и в подземную базу должен быть наземный вход!
Вход - наверняка не единственный и не основной, но для начала сгодится - оказывается спрятан в одной из скальных стен и обнаруживает себя, выпуская на поверхность какой-то транспорт. Кам, удачно оказавшийся поблизости и не горящий желанием вырезать себе проход в скале мечом, ныряет следом, и... оказывается в темноте, которая вдруг огрызается на него бластерными выстрелами.
Это такое трианское гостеприимство?
Первый выстрел он ощущает слишком поздно и слишком поздно уклоняется - лазболт слегка царапает левое плечо, но уже ко второму выстрелу у противников - их четверо, новая смена патруля? - остается мало шансов. Солусар торопится, четыре удара меча - это быстрее, чем четыре бластерных выстрела, четыре смертельных удара к тому же избавляют от необходимости долгих объяснений.
Успел ли кто-то из них подать сигнал тревоги? Придётся исходить из версии, что да, потому что реальное положение дел ему неизвестно.

В карманах у этой четверки не находится никаких пропусков или хотя бы коммов, и Кам мрачно решает, что прорубать себе путь мечом всё-таки придётся, но база ГенТеха неожиданно больше похожа на древний полузаброшенный лабиринт, чем на современный научный комплекс. То ли он попал в заброшенную её часть, то ли это у них фирменный стиль такой, но перед ним разбегается лабиринт прорубленных в скале ходов с лестницами, сужающимися перешейками и бесконечностью поворотов и дверей.
И тишина: подозрительная, гнетущая, глухая.
Где-то здесь есть разумные, но за такой толщей камня, что не понять - где, кто, сколько.
Ведомый одной лишь Силой, Солусар спускается всё ниже по лабиринту, погружаясь в темноту и сырость в буквальном смысле: вместо камня под ногами то земля, то вода, то скользкая глина. Если здесь кого-то и держат, то к солнечному свету пленникам уже не выбраться...

В какой-то момент Кам наконец понимает, что безошибочно вело его вперед: понимает, когда глухие отголоски чужой боли, которые он едва мог уловить наверху, превращаются в уверенный "фон", который одновременно и тянет к себе - помоги, спаси, забери отсюда, хотя бы прекрати это, и отталкивает - беги, уходи, спасайся, чтобы не чувствовать этого и не знать об этом.
Тоннель становится ровнее и просторнее, в стенах появляются первые камеры - несколько пустых, в других что-то - кто-то? - есть... Было. В одной - скелет, еще в двух - кто-то, кто уже не ощущается живым. Дальше - несколько живых существ или разумных, они лежат или сидят неподвижно, и можно подумать, что и они мертвы, но нет, жизнь еще теплится в них.
Только они уже не реагируют на движения Кама, вообще ни на что.
А вот и человек. Единственный пока что увиденный им за решеткой человек, дальше - снова пустые камеры. Кам проходит несколько шагов вперед, чтобы заглянуть в соседние камеры, и возвращается.
- Корран? - окликает он, не рассчитывая на ответ. - Это Кам. Я заберу тебя отсюда.
Где-то мерно капает вода. Его голос слишком громкий для здешней тишины, которую сейчас - а может быть никогда, он не знает - не тревожат даже стоны умирающих пленников.
Крифф, их же всех надо забрать отсюда! Всех, не только Коррана... Но как? Ему бы забрать хотя бы одного. А тем временем с другой стороны туннеля, из той части скалы, в которой он еще не был, приближается опасность.
Тьма наполняется звуками и вспышками света: ударом меча Кам срезает замок с пустой камеры, чтобы проверить реакцию системы. По прутьям проходит ток, но замок вместе с частью решетки отлетает в сторону, и камера открывается. Тогда то же самое он проделывает с замком в камеру Хорна, а вторым ударом срезает еще часть решетки, делая проход шире.
За лязгом металла ему не слышно топота бегущих ног, но слышать не обязательно: Кам и без того уже мысленно считает секунды, которые остались ему до очередного боя. Прикрыть Коррана, ослепить непрошенных гостей, фактор внезапности пока на его стороне, они ждут здесь кого угодно, но вряд ли джедая.

Три, два... ноль.
Охрана здесь знает своё дело: они появляются тихо, не мельтеша фонарями, и если бы Кам не чувствовал их приближение - он бы его пропустил. Но он чувствует, и потому встречает их на пороге камеры Коррана, повернувшись спиной к нему и лицом к развилке коридоров.
Первая пара разумных, выдвинувшихся вперед от основной группы, не успевают понять, почему и отчего обрывается их жизнь: меч Кама снова бьет наверняка, не оставляя им шанса подняться и продолжить бой.
Но дальше - хуже.
Быстро сориентировавшись в обстановке, охранники не приближаются, а открывают огонь с безопасного расстояния, вдобавок используя в качестве прикрытия изгибы коридора. Каму приходится отбивать бластерные выстрелы, словно в детской игре, в которой нужно ловить сачком бабочек, и бабочки сыплются из-за пределов экрана датапада всё быстрее, быстрее, быстрее.
Просто сейчас эти бабочки несут смерть.
То есть, сперва - недолго - охрана пытается парализовать его, все ещё не до конца разобравшись, что он такое. Но, когда им это не удается ни на первой, ни на второй минуте, отряд переходит к новой тактике, и эта тактика даже дает ему несколько секунд передышки, потому что нападающие пытаются рассредоточиться и открывают огонь по... пленникам?!
Солусар не ожидает этого и потому охране удается первыми же выстрелами ранить Хорна.
Переговоры заходят в тупик.
Можно сколь угодно долго продолжать ловлю бабочек, но не похоже, чтобы это вынудило их отступить, скорее уж за это время сюда подоспеет подкрепление. "По-хорошему" опять не получилось, и Кам переходит к варианту "по-плохому", он же вариант "как обычно" - шагает вперед под перекрестья бластерных выстрелов, шагает еще, в то время как его меч продолжает сумасшедшую пляску, и круговерть его стремительных движений образует вокруг него будто бы кокон из света. Смертельно опасный кокон: когда он на мгновение гаснет, острие меча стремительно вырывается вперед, чтобы достать очередного стрелка.
Вот падает одно тело, второе, третье, выстрелов становится меньше, охранники отступают. У Кама появляется возможность вернуться к Хорну, и он возвращается, всматривается в темноту, по-прежнему не выпуская меч из рук, левой рукой достает из кармана пару шприц-тюбиков.
- Корран? Слышишь меня? Сильно ранили, идти можешь? На, вколи себе оба сразу, я прикрою... Корран?
Запоздало до него доходит, что надо было взять с собой напарника хотя бы для того, чтобы тот тащил Хорна назад. Но кто ж знал...