Улыбка Орсона вздрагивает, и он коротко, тихо смеётся, запрокинув голову. В этом смехе нет ничего пренебрежительного, унизительного или злого: так смеются не над шуткой — от удовольствия.
— Определённо, — отвечает он, отсмеявшись. Орсон смотрит на Джин весело, сверху вниз, и ему — определённо — нравится: и вонзившиеся в губу белые зубки, и закинутые на подлокотник ноги, и юбка, обнажающая коленки, и то, как Джин одёргивает лямку платья, и то, как она морщит нос, когда фыркает, и особенно — то, как Джин просит её оценить.
Когда женщина так сидит, выглядит и смотрит, она не испытывает дискомфорта — а если и испытывает, то его гораздо меньше, чем удовольствия любования — и в намерении Орсона нет заботы.
Но её сполна в голосе.
— Я могу укрыть тебя. — Улыбаясь, он делает глоток, почти не разжимая губ. — Если хочешь.
[nick]Orson Krennic[/nick][status]приведи их всех[/status][icon]http://sg.uploads.ru/BJmnS.jpg[/icon][LZ]<div><img src="https://forumstatic.ru/files/0018/1a/00/81098.png"><br><b>Орсон Кренник</b>, самый дорогой переводчик Империи</div>[/LZ]

Природа, говорят, отдыхает на детях гениев.
Глядя на Джин, кажется, что природа отдохнула на ней так же, как привык отдыхать Гален — множеством беспорядочных заметок, и не разберёшь с первого взгляда, о чём они, и хорошо, если разберёшь со второго. Но если уж разберёшь, видно, какое изящество в наспех записанных решениях — такое не испортят зачёркивания и помарки, не испортит никакой беспорядок.
Самой очаровательной загадкой в Джин Орсону кажется то, что она почему-то уверена, что не умеет общаться с людьми.
Да, в её воспитании много пробелов; да, иногда она не понимала очевидных вещей — но в Джин всегда остаётся нечто, вызывающее симпатию к ней, что-то едва уловимое. Магнетизм, чисто физическое явление, работающее даже на расстоянии, существующее вне зависимости от желания магнита. Это явление не разбивается на составляющие — либо есть, либо нет. В тоне её голоса, в повороте головы, в том, как она просила, смотрела, жила — ладно Гален, но Орсон видит, как к ней относятся остальные, как относится он сам.
И если в случае Джин это строится на том, что она об этом не знает...
Ну что ж.
Изящно.
Орсон делает ещё глоток. Торопиться некуда; за хорошей работой должен следовать хороший отдых. Он ставит бокал на стол, поднимается, расправляет плечи. От кортигского приятный вкус на языке, тяжёлое тепло в груди. Орсон не пьян — ему нужно гораздо больше, чтоб напиться — но это то самое расслабленное ощущение, ради которого вообще стоит пить.
Он расстёгивает фибулы, крепившие плащ к плечам, снимает его привычным движением. Обогнув стол, Орсон склонился к Джин и — как и предлагал — укрыл её плащом, машинально проследив, чтобы его края не касались пола.
Белый чересчур легко пачкается.
[nick]Orson Krennic[/nick][status]приведи их всех[/status][icon]http://sg.uploads.ru/BJmnS.jpg[/icon][LZ]<div><img src="https://forumstatic.ru/files/0018/1a/00/81098.png"><br><b>Орсон Кренник</b>, самый дорогой переводчик Империи</div>[/LZ]

Орсон проводит кончиками пальцев по её коже: по тыльной стороне шеи ниже линии роста волос, полуокружностью до мочки уха —мягким и небрежным движением. Его можно назвать правкой положения плаща, и Орсон знает ещё не одно название, которое можно подобрать к этому действию.
Всё зависит от точки зрения, а точка зрения зависит только от желания. Определи свои желания, определи чужие — и не останется неизведанных территорий в поле коммуникации. В этом нет ничего от манипуляции: она чужих желаний не предполагает. Всё честно, всё прозрачно. Слепота второй стороны — проблема второй стороны.
Орсону нравится всё, кроме моментов, когда второй стороной оказывается он сам. С одним из Эрсо он однажды так ошибся, и с тех пор ставки только выросли.
Он возвращается в кресло, продолжая легко улыбаться; Орсон не считает Джин врагом — пока, и это «пока» не вызывает в нём ни неприязни, ни страха. «Не враг — пока» относится к любому из его союзников.
— Ты заслужила это — больше, чем заслужила, — говорит Орсон, глядя на Джин. Всё честно, всё прозрачно — и это тоже правда. Он коротко размышляет, прежде чем продолжить, но решает, что слова не убьют её очарования. В Джин было бы печально разочароваться; сама она говорит, что не похожа на отца — хотелось бы верить.
Орсон всё-таки говорит:
— Если ты чего-то хочешь, ты можешь попросить. — Он улыбается шире. — У меня — можешь.
[nick]Orson Krennic[/nick][status]приведи их всех[/status][icon]http://sg.uploads.ru/BJmnS.jpg[/icon][LZ]<div><img src="https://forumstatic.ru/files/0018/1a/00/81098.png"><br><b>Орсон Кренник</b>, самый дорогой переводчик Империи</div>[/LZ]

— Не думаю.
Орсон произносит это так же дружелюбно, как говорил и до этого; гораздо более дружелюбно, чем говорят, когда отказывают. Когда отказывает кто-то другой, не он сам. Орсон делает ставку на хорошие вещи: дружелюбие, честность, вежливость, что там ещё — потому что не будь они эффективны, никто не считал бы их хорошими. Бластер и доброе слово действуют лучше, чем просто бластер — и те, кто не умеют этим пользоваться, просто забывают, что бластер должен стоять первым.
А стрелять — вовремя.
К Джин это не относится — пока, снова напоминает он себе. И пока Орсону нравится на неё смотреть, наблюдать за её изменчивым, как вода, взглядом; за тем, что видно на поверхности, за тем, что спрятано в глубине. Поэты врут, на это было бы скучно смотреть бесконечно — но волнительно об этой бесконечности мечтать. Поэтому поэты всё же выполняют свою работу. У Орсона она другая.
— Я думаю, когда-нибудь случится вечер гораздо лучше.
У Джин тоже есть работа, и — пока — результаты Орсона устраивают. Он хотел бы улучшить их, он видит для этого возможности. Орсон предполагает, что Галена сейчас легко можно сломать, но делать это слишком резко — бессмысленная жестокость. Джин не виновата в упрямстве собственного отца.
Кроме того, слишком резко сломанные люди часто становятся бесполезными, а до конца строительства ещё далеко.
Среди хороших вещей есть ещё точность в следовании условиям сделки, поэтому Орсон допивает кортигское — фруктовый привкус на языке, на дне бокала тёмные капли — и добавляет:
— Но не буду ничего обещать.
[nick]Orson Krennic[/nick][status]приведи их всех[/status][icon]http://sg.uploads.ru/BJmnS.jpg[/icon][LZ]<div><img src="https://forumstatic.ru/files/0018/1a/00/81098.png"><br><b>Орсон Кренник</b>, самый дорогой переводчик Империи</div>[/LZ]

В конце встречи с подчинёнными Орсон предпочитает уточнить, точно ли они понимают, что от них требуется — или объяснить это, если очевидно, что нет. Впрочем, во время встреч с подчинёнными Орсон предпочитает вообще говорить о работе. Да и не только с подчинёнными.
Он не смог бы вспомнить, когда было иначе. Если и было, то очень давно.
И очень зря.
В последние годы жизнь Орсона сузилась до одного проекта, и этот проект стоил называться делом всей жизни. По масштабу влияния, необходимых навыков, количества и квалификации задействованных лиц — по какому параметру ни оцени. И как всякое масштабное дело, зачастую оно становилось... пусть даже не скучным, но монотонным.
Джин вносила в него приятное разнообразие. Джин подавалась Орсону навстречу, и это могло измениться в любой момент или быть изначальной неправдой — и это тоже могло измениться. Орсон любит живую переменчивость, больше ему нравится только заслуженная награда, очень часто — заслуженная, потому что живая переменчивость тоже любит Орсона.
Он не говорит Джин, что она должна сделать в свою следующую смену.
Не говорит, когда ей нужно зайти к нему.
Быть честным — выгодная стратегия во многих играх. Взаимодействие с людьми — всегда игра, большинство уровней в которой Орсон прошёл давно. Перепроходить их интересно, но он давно ждал чего-то нового.
Джин — это, определённо, новое.
Орсон любуется тем, как изящно она двигается, как поднимается и идёт к нему. Когда Джин становится позади, он чуть поворачивает голову в её сторону: никакого функционального значения, он не видит так Джин лучше, но показывает, что их взаимодействие не заканчивается, стоит ей исчезнуть из поля его зрения.
Взаимоотношения с Джин — тоже часть его работы. Но это не значит, что Орсону неприятно. Не значит, что он не искренен.
Наоборот.
Дыхание Джин пахнет цветочно-фруктовым, ладони на плечах Орсона легки, на его губах не остаётся отпечатка губ Джин. Орсону это нравится, и он негромко смеётся и по-отечески треплет её по плечу.
— Спокойных снов, Джин.
[nick]Orson Krennic[/nick][status]приведи их всех[/status][icon]http://sg.uploads.ru/BJmnS.jpg[/icon][LZ]<div><img src="https://forumstatic.ru/files/0018/1a/00/81098.png"><br><b>Орсон Кренник</b>, самый дорогой переводчик Империи</div>[/LZ]