Т’Кежик, 2 BBY
О ПЕРСОНАЖЕ
1. Имя, раса, возраст
Т’Кежик, изгой дома С'Мрв'Ногртнк, сын Стаара и Т’Велы, двенадцатый в роду потомок Махака. С момента своего рождения отсчитал уже не менее 36 циклов. Принадлежит к обитателям планеты Ти'Валка'аин, что называют себя в’тош.
2. Род деятельности
Бывший целитель разума, поневоле ставший космическим скитальцем и подопытным.
3. Внешность
Ezra Miller
Рост 1.9 м, вес 70 кг.
Высокий, неизменно безмятежный юноша с темно-карими, почти черными глазами, который на первый взгляд мало отличается от обычного человека. Но это впечатление мимолетно, ибо присмотревшись детальнее, можно заметить, что его бледная кожа имеет отчетливо зеленоватый оттенок, а брови вразлет вздымаются вверх под совершенно невозможным углом. Среди темных, смоляно-черных кудрей можно так же разглядеть кончики заостренных и причудливо загнутых ушей. Обычно он обряжен в простую, коричневую робу самого непритязательного покроя и вида.
4. Способности и навыки
• Развитая контактная телепатия. Будучи видом, чувствительным к Силе и связанным тесно с ее ментальной направленностью, в’тош демонстрируют весьма впечатляющие способности в области телепатии. Т’Кежик, в свою очередь, относится в итоге к более чем тренированным и обученным телепатам – чисто в силу своей профессии. При должном тактильном контакте, он способен весьма глубоко и умело воздействовать на чужой разум, считывая эмоции, мысли, получая или передавая информацию, и тому подобное. Стоит отметить, что, следуя строгому внутреннему моральному кодексу, Т’Кежик в самую последнюю очередь обратит свои таланты кому-либо во вред - за исключением самых критических случаев.
• Квалифицированный целитель разума, способный помочь от болезней души и мысли. В этом ему помогают не только телепатические способности, но и просто умение вести разговор со своими подопечными.
• Как последователь философии логики, придерживается крайне строгой ментальной самодисциплины, держа свой разум в рамках четко организованной, упорядоченной структуры. Но, будучи носителем не самых ортодоксальных взглядов на учение философов своей родины, все же позволяет себе переживать эмоции – в основном положительные и строго контролируемые, но более чем живые и настоящие.
• Практикует боевое искусство под названием Sha'mura. Этот стиль рукопашного боя в’тош почти утратил свое прежнее назначение, превратившись в одну из медитативных практик, направленных на физическое самосовершенствование. Это, однако, не значит, что Т’Кежик не способен применить эти умения для отпора агрессору.
• Обладает физиологией, во многом отличной от людской. Приспособлен к жизни в условиях невероятной жары, повышенной гравитации и разреженной атмосферы. Гордый обладатель зеленой крови, сердца в боку и второго века.
• Ментально также отличается от людей на порядок в силу того, что обладает куда более острым и совершенным интеллектом. Т’Кежик с легкостью перемножает в уме цифры чудовищной длины, многозадачен и с невероятной скоростью усваивает новую информацию. И это при учете, что по меркам своей расы он не очень-то и умен, заметьте.
• Не владеет общепринятыми языками, общаясь на своем, не понятном никому в этой части космоса диалекте, или используя очень урезанный набор слов, значение которых хотя бы понимает. В итоге, для нормального общения Т’Кежику приходится прибегать к помощи телепатии куда чаще, чем ему хотелось бы, в связи с чем он крайне заинтересован в более детальном и углубленном изучении местных языков.
5. Общее описание
Ти'Валка'аин – это планета жестокого солнца и алых песков. Ее история полна крови, войн и чудовищной дикости, бездумно предаваясь которой, дети Ти'Валка'аин орошали щедро эту иссохшую землю зеленой кровью своих сородичей. Так продолжалось веками, пока, неумолимо шагая сквозь время, в’тош настолько погрязли в братоубийственных войнах, что едва не изничтожили самое себя.
И тогда пришел Сурак, великий философ и мудрец, что вел речи о новом мире, его кардинально иной идее. Он говорил о господстве холодной логики над разгоряченным разумом, об эмоциях, которыми должно управлять, взять в узду, а не позволять им разрушать личность и причинять всем прочим боль. И народ в’тош слушал Сурака, размышляя, - слушал, пока новая философия жизни не покорила Ти'Валка'аин, принеся надежду на процветание.
Это время было названо Пробуждением, эрой новой надежды, когда в’тош отринули прочь прежние варварские, жестокие повадки, возносясь над ними… и дав в итоге жизнь новому, логичному и сдержанному в своих чувствах обществу. Невероятный скачок в науках, философии и искусствах совершили тогда жители планеты алых песков, подходя ныне к вопросам познания с математически точным расчётом и холодным рассудком.
Шли века, сменялись эпохи. Народ Ти'Валка'аин смог дотянуться руками до звезд, создав первые корабли и начав осторожно исследовать просторы вселенной – необъятной в своем бесконечном многообразии. Их подчиняющееся логике, бесконечно рациональное общество процветало – но были и те, кто оставался в тени, в стороне от этой стройной системы.
V'tosh ka'tur, лишенные логики, изгои социальной среды Ти'Валка'аин. Те, кто отвергали учение логики, или же имели наглость интерпретировать его вне общепринятых канонов, нарываясь на неприязнь и отвращение своих собратьев. Конечно, эти чувства насквозь нелогичны и несвойственны безэмоциональным в'тош, а остракизм, которому подвергались v'tosh ka'tur объяснялся другими, куда как более витиеватыми словами… Но Т’Кежик прекрасно понимал, что тут к чему.
Он был выходцем из бедной, малочисленной семьи, находящейся почти на самом дне кастовой системы Ти'Валка'аин. Некогда пустынные скитальцы, что жили заветами древности, отринув прочь пути цивилизации, их клан так и не смог оправиться от череды горьких потерь, что унесли с собой жизни многих охотников, но самое главное – матриарха, их духовного лидера. Клан С'Мрв'Ногртнк был вынужден покинуть ставшую враждебной пустыню, склонив колени пред более великими и могущественными семьями, прося униженно о защите и помощи, платя за это гордостью и отречением от собственных, еретических для иных в’тош взглядов. Младых, еще не успевших познать вкуса взрослой жизни сыновей и дочерей клана в итоге не ждало никакого великого будущего – бывший дикари и охотники, они годились лишь для заранее просчитанного, банального пути служения более родовитым и сильным, но… Т’Кежика, внезапно, ожидала иная судьба. Его невероятная телепатическая чуткость, что являлась редкостью даже для самых одаренных обитателей Ти'Валка'аин, была отмечена, внесена в реестр, и, к удивлению общественности, бывшему дикарю предложили обучиться ремеслу целителей разума.
Подобная карьера была редка, как минимум, по нескольким причинам – для нее требовался совершенно особый склад ума и характера, умение сопереживать, сострадать. И, одновременно, возможность держать свой разум в строгих границах, никогда не пересекая недопустимой черты. У Т’Кежика эти качества были, а что он не имел, так тому с достойным упорством учился, искренне желая помогать и облегчать чужую боль.
Такая профессия, как целитель разума для расы телепатов была не прихотью, но насущной необходимостью. Ее представители, вне зависимости от происхождения, уважались и почитались за их нелегкий труд, им были открыты многие двери и многие возможности. Но даже целителю, как в итоге с горечью понял Т’Кежик, не готовы были простить инакомыслия.
Ведь шли годы, и изучая разумы своих пациентов, помогая им преодолеть боль, страх, залечить нанесенную ментальную травму, он сделал для себя неожиданный вывод – большей части этих проблем можно было бы избежать, если бы в’тош… не подавляли столь радикально и жестко свои эмоций. Это погрузило Т’Кежика в долгие раздумья, итогом которых стал внезапный, ужасающий по своей сути вывод: эмоции нужно принимать и контролировать, но никак не пытаться сковывать, избавляться от них, разрушая себя.
Его народу необходим баланс, а не отречение от неотделимой части самих себя!
Будучи озвученной, понимания эта идея в обществе не встретила. Целитель познал многие горечи и печали, пытаясь тщетно бороться с устоявшимся мнением, но его голос попросту не был услышан. Более того, Т’Кежику напомнили о его низком происхождении, что стало в глазах прочих источником еретических мыслей, и дали ненавязчиво понять, что более он не считается истинным в’тош, - что его присутствие на родной планете отныне нежелательно. Дитя слабого и малокровного клана, что находился в подчиненном положении, он попросту не смог себя защитить – и это стало настоящим потрясением для молодого целителя, который был вынужден бросить дело всей своей жизни… В отчаянии обратив взор в сторону бескрайнего звездного купола над головой.
Небольшое утлое суденышко, некогда вообще бывшее шаттлом на более крупном исследовательском корабле, являлось откровенно ненадежным средством перемещения. Оно попросту не было расположено к кочевому, тяжкому образу жизни, к которому вынужден был обратиться в’тош, гонимый прочь собратьями.
Неудивительно, что, когда ионный шторм неожиданно вырвал Т’Кежика из гиперпрыжка, выкидывая в неустановленной точке пространства, двигатели этого жалкого корабля, - единственного, на который хватило невеликих сбережений целителя, - окончательно отказали. Вынужденный в итоге совершить аварийную остановку, оставшись беспомощно дрейфовать в бездонной пустоте среди звезд, молодой в’тош оказался среди совершенно незнакомого ему звёздного квадранта – нос к носу с его загадочными обитателями.
Ему еще только предстояло познакомиться с теми методами, которые использовались Научным Корпусом Первого Ордена в их безоглядном, не скованной моралью жадном поиске новых знаний. Став пленником в холодных, стерильно-белых стенах лабораторных комплексов, Т’Кежик оказался в роли бесправного и безголосого объекта вивисекции – и только время теперь покажет, сможет ли он что-то изменить в своем положении.
• Обучен игре на ka'athyra, струнном инструменте, похожем на лютню.
• Не любит сокращения своего имени и каких-либо кличек, но готов с ними мириться, как с неизбежным злом.
• Из-за особенностей своей телепатии, избегает прикосновений.
• Не имея четкого представления о Силе, как об отдельном феномене, Т’Кежик воспринимает свои способности не более, чем как особенность физиологии.
• Пацифист и вегетарианец. Однако, в удовольствии отведать морепродуктов себе обычно не отказывает, так что ограничения в питании связаны скорее с особенностями биомов родной планеты, чем строгими моральными нормами. Особняком, правда, стоит мясная пища, к которой он не притронется из принципа.
• Пьянеет от шоколада так же, как обычный человек от этилового спирта.
• Обычные алкогольные напитки и кофеин не оказывают на него вообще никакого воздействия, даже в самых конских дозах.
• Не способен ощущать сладость как вкус из-за особенностей строения рецепторов, воспринимая ее в итоге как разные оттенки кислого и соленого.
• Говорит исключительно от третьего лица, что связано с его низким, дикарским происхождением и въевшейся личной привычкой.
6. Лояльность и убеждения
Учитывая, что Т’Кежик не имеет ни малейшего представления о политической структуре окружающего его теперь космического пространства, его сложно назвать лояльным какому-либо режиму. Но не стоит отметать в сторону личные взгляды в’тош, - на Ти'Валка'аин царит идеология тотального пацифизма, включающая в себя отказ от насилия как неконструктивного метода решения конфликтов, в силу чего целитель вряд ли одобрит такие вещи, как военизированный строй и немотивированная жестокость. Однако, по вполне очевидным причинам, он не питает особой любви к Первому Ордену.
7. Цели в игре
Адаптироваться, выжить, сбежать – три главные задачи, что стоят сейчас перед Т’Кежиком. Попав в лапы исследователей Научного Корпуса Первого Ордена, он резонно хочет покинуть их гостеприимные лаборатории, дабы не подвергаться дальнейшей и весьма мучительной вивисекции. Так же целитель желает сохранить секрет месторасположения своей родной планеты, пребывая в немалом ужасе от методов изучения, что были применены к нему, и готов ради этого пойти на весьма… беспрецедентные меры, включая уничтожение базы данных своего судна, и даже возможное ритуальное самоубийство.
ОБ ИГРОКЕ
8. Способ связи для соигроков
Лс, а так же ВК.
9. Особенности игрока и пробный пост
Пишу весьма объемные посты, даже когда специально стараюсь сократить итоговый текст. Люблю баловаться всякой заумью и стеклом, а вот юмор мне дается существенно хуже. Канон знаю крайне плохо и неуверенно, но владею навыками гугл-фу, так что тут все не так уж и безнадежно.
Когда корабль совершил неожиданный рывок, выпадая из ровного, стремительного полета в варпе, Т'Кежик едва не улетел носом в командную панель. Слава предкам, кресло пилота, в котором он восседал, было оборудовано ремнями безопасности — которыми уроженец Ти'Валка'аин, со всей свойственной его народу педантичностью, регулярно пользовался.
Дело было даже не столько в стремлении соблюдать установленный регламент, сколько понимание того, что его, Т'Кежика, судно крайне ненадежно. То, что некогда было исследовательским шаттлом, имело крайне устаревшую архитектуру, и модернизация с добавлением варп-ядра не менее древнего образца кораблю на пользу никак не пошла. Имя, которое ему дал целитель — «Pahn-ree», или «Искатель пути», — в этом ключе выглядело как особенно саркастичная шутка, ибо координационная система судна, как и прочие системы, сбоили только так. Но, разумеется, так как в'тош не ведают в полной мере концепции юмора, Т’Кежик был убийственно серьезен, давая имя своему кораблю.
Тревожным гудением и звоном в ушах отдавались звуковые сигнала, которыми разражались многочисленные консоли в рубке пилота. Тонкие пальцы в'тош, что низко склонился над командной панелью, порхали по ней с поражающей воображение скоростью, силясь набором отточенных команд вернуть стабильность полету. Тщетно, «Pahn-ree» даже и не думал слушаться своего владельца — системы отказывали одна за другой, варп-ядро погасло и не подавало более никаких откликов, и все, на то мог теперь рассчитывать Т'Кежик, это слабенькие маневровые двигатели.
Лицо целителя застыло безмятежной маской, когда он, два раза ударив по сенсору на подлокотнике, заставил выдвинуться навстречу его ладоням рычаги управления. Страх, который житель далекой планеты переживал где-то глубоко внутри своего сознания, был надежно им заперт и замкнут в четких рамках рациональной мысли. Логика подсказывала, что паниковать сейчас — наименее выигрышный сценарий, который приведет к гибели с вероятностью в 96,8%. Наиболее предпочтительно будет дать волю чувствам потом, в менее напряженной обстановке, в то время как сейчас ему необходимо было бросить все силы и ресурсы на борьбу за собственную жизнь.
Думать о том, что процент успеха даже в таком случае возрастал совсем ненамного, он себе запретил.
Хоть допотопный механизм управления маневровыми движками являлся откровенно несовершенным, но даже с таким оборудованием Т'Кежику удалось выровнять курс своего терпящего крушение судна на целых сорок пять и шесть десятых градуса. Остаточная инерция постепенно должна была угаснуть сама, оставив «Pahn-ree» беспомощно дрейфовать в холодном космосе, пока его владелец не разберется с поломкой, но у судьбы, видимо, были иные планы.
Ладони целителя невольно вздрогнули, а пальцы сжались на рычагах управления до побелевших костяшек, когда он понял, что корабль неумолимо захватывает гравитационное поле ближайшей к нему планеты. Проведя поспешные расчеты, учитывающие этот новый фактор, Т'Кежик рвано, судорожно вздохнул — исходя из новых данных, падение на поверхность данной планеты являлось неминуемым событием. Мощности имеющихся двигателей попросту не хватит для полноценной корректировки курса в таких условиях, но у него еще был шанс хотя бы попробовать безопасно приземлиться.
То, что этим планам не суждено свершиться, судорожно цепляющийся за рычаги в'тош понял, как только «Pahn-ree» вошел в атмосферу. Корабль трясло и швыряло из стороны в сторону, делая полет, — а еще точнее, падение, — совершенно неуправляемым. С треском отлетали, сгорая, части обшивки, а вышедший из строя обзорный экран тревожно мерцал в лицо Т'Кежику зеленым, пульсирующим цветом, говорящем о достигнутом пороге критических повреждений всех систем.
Сам момент падения разум инопланетчика зафиксировать не успел. Он только лишь понял, что его что-то внезапно толкнуло в грудь, а потом зрение застила непроглядная белая пелена, в которой, словно в ровном статическом шуме, потонули все мысли и чувства. Наверное, было бы неплохо, если бы так оно и осталось — в таких условиях не так уж страшно, как выяснилось, умирать. Ведь не было никакой боли, никакого ужаса, только лишь легкое недоумение и отдающая полынной горечью обида на то, что все закончилось вот так вот. Абсолютно бездарно. Он мог столько пользы принести своему народу, если бы был меньшим глупцом…
Первым к нему вернулся слух. Т'Кежик зафиксировал окружающие его звуки — жаркий гул огня, натужный скрип металлических перекрытий, треск искрящейся проводки. Потом восстановилось обоняние, и в нос ударил запах гари, перегретого пластика и резкий, острый, ни с чем не сравнимый запах меди. А потом пришла боль.
Чудовищная. Резкая. Острая, словно клинок, которым кто-то играючи прошил в'тош насквозь, забавляясь в своей жестокости. Т'Кежик силился сделать вздох, и не смог — зашелся в кашле, чувствуя, как к горлу подступает кровь, стекая из уголка рта вязкой, зеленой струйкой. Он лежал, беспомощно распростертый на животе, окруженный обломками: сила удара вышвырнула пришельца из кресла, разорвав ремни и немилосердно протащив по той груде металла, в которую превратился его корабль. Многочисленные, глубокие порезы покрывали его тело, ушибы и гематомы болезненно ныли, а внутри что хрустело, хрипело и булькало при каждой попытке втянуть в себя сырой, влажный воздух этой планеты. Т'Кежик с трудом, не имея толком возможности управлять собственным искалеченным телом, приподнял голову и попытался сфокусировать взгляд, рассматривая приближающуюся к нему в вязком, сером мареве длинную тень. Тщетно — последствия удара слишком сильно сказались на нем, и пребывающий в стрессовом состоянии мозг попросту не мог нормально обработать визуальный сигнал, подаваемый нервами.
— Sanoi, gol'nev, — с мольбой в голосе прохрипел из последних сил целитель, тянясь дрожащей, покрытой зеленой кровью рукой в сторону непонятной тени. — Gol'nev! Korsau aifa veh, aifa… veh… eit'jae du…
Язык заплетался, слушаясь с трудом, и лицо Т'Кежика исказилось от боли и страха, которые он более не имел сил удерживать. Какая-то часть разума в'тош, еще не потерявшая способности ясно мыслить, отстраненно фиксировала происходящее — рукава его коричневого балахона намокли от крови, следовательно, руки сильно пострадали. Неудивительно, ведь он ими инстинктивно закрылся от удара. Правая нога не чувствуется и придавлена обломком несущей конструкции, не дающей ему толком двигаться — скорее всего, перелом. Корабль не подлежит восстановлению. Приближающаяся форма жизни не поддается идентификации.
Т'Кежику еще никогда не было так страшно.
Отредактировано T’Kezhik (01-05-2020 16:43:33)
